Иван был долгожданным сыном. Родители его были уже в возрасте, когда Дар небес в виде златокудрого сыночка появился в их наполненной тоской жизни.
Иван рос не по дням, а по часам. Это его родителей не радовало, как и его возрастающая самостоятельность.
Самые частые слова, что произносили родители, были: "Острожно!", "Опасно!, "Упадешь!", "Рассшибешься!", "Не ходи туда!"
Любознательный мальчуган то и дело норовил куда-нибудь влезть: то коровьи рога решит поближе рассмотреть, а то и изучает пучеглазых лягушек на болоте. Мать стерегла каждый его шаг, потеряла покой и сон, охала и ахала от его желаний к познанию окружающего мира. Всюду ей мерещилась опасность, что Ивану грозила.
Отец даже на рыбалку с собой сына не брал, до того они боялись, что потонет сынок, что крючок рыболовный на себя зацепит, что солнце его до удара перегреет.
Так и рос парнишка, заботой родительской неистовой охваченный. Дни шли. Интереса к миру у Ивана становилось меньше. Он и сам стал думать, что везде опасно. Бывало подростком решит в лес по грибы пойти с друзьями, а потом думает, да куда я пойду, там медведь заломает. Тяжело вздохнет, да и сидит день подле матери.
Пришла пора Ивану отчий дом покидать, в город отправляться, ума-разума набираться, профессию яку-нибудь осваивать. Да только страшно Ивану. А тут еще отец да мать наказы дают:" Ты гляди в оба, Иван, людям не доверяй, обманут, небось. По улицам не ходи, чай бандиты там по улицам бродють, ограбить могут".
Иван при отъезде еле как матушкину руку разжал. Всю дорогу пред очами его всплывал ее плачущий взор. "Эээх, мамка-мамка, как я там буду?" - выспрашивал Иван, собираясь в дальний путь. А у самого сердце выбивало барабанную дробь, и дыхание было, будто в клетку заперто.
Приехал Иван в город. Страшно ему. Все грохочет. Машины несутся. Люди снуют. Кое-как добрался до университетского общежития.
Попался ему в соседи парень веселый:
- тебя как звать?
- Иван. А тебя?
- меня Василием звать. Ну, будем знакомы! А ты чего зажатый такой?
- я? Да я...это...ничего...так.
Жили они себе, можно сказать, и не тужили. Да только у Василия жизнь кипела. Он во все общественные дела влезал, кучу друзей завел, все достопримечательности города уж наизусть выучил. А Иван все осторожничал. Сходит на учебу и назад, в комнатушку. Так и коротал вечера в одиночестве. Скучно, а что поделать.
Как-то Василий не выдержал Ивановой тоски:
- слушай, Иван, ты мне как брат уже, вижу я, парень ты хороший, да только жизни боишься.
Иван голову опустил. Он и сам это знал. Только, что с этим делать? Раньше он во всем на мать-отца полагался, а здесь на кого? Один ведь совсем. Но раз уж Василий разговор завел, Иван не стал от него отлынивать:
- да, Василий, и ты мне как брат почти. Я ведь и правду жизни боюсь, мне везде опасности мерещатся. А ты таким свободным мне кажешься, аж завидно.
- а я, Иван, знаю как твой страх преодолеть!
Иван даже выше стал, так вытянулся, весь как струна. Глаза внимают, взор с Василия не спускает, ожидая подсказки. А Василий тем временем продолжил:
- ты, Иван, мир опасным считаешь? А доказательства твои где?
- так нет у меня, Василий, доказательств. Я ж и не был в мире-то этом еще.
- а сможешь ты мне, Иван, сейчас привести три доказательства, что мир безопасный, ну или добрый, как тебе удобнее будет.
- эээ...ну, давай попробую. Матушка с батюшкой любят меня - это первое доказательство доброго, безопасного мира, у меня есть друг, ты - это второе доказательство, я в университет на занятия хожу и ничего со мной страшного не происходит - это третье доказательство. Как тебе, Василий, справился я с поставленной задачей?
- да, брат, первый шаг тобой сделан. А теперь каждый день новые доказательства безопасного, доброго мира ищи и мне рассказывай. А еще, Иван, прямо сейчас мы с тобой пойдем мир исследовать. Начнем с самого нестрашного для тебя. Что для тебя не самое страшное?
- ну, прогуляться до ближайшего парка.
- так и поступим, Иван. Прямо сейчас - в парк!
Иван взбодрился, глядя на горящие глаза Василия. Ему так хотелось считать мир безопасным, дружелюбным, добрым. И он сегодня сделал к этому миру свой первый шаг.
P.S. нередко родительская установка "мир опасный" плавно перетекает из их уст в светлые детские головы. Там она присваивается (интериоризируется), прочно обоснуется и оказывает влияние на всю жизнь человека, даже, когда он становится взрослым. Человек, имеющий установку "мир опасный", действует, исходя из нее: боится пробовать новое, стремится ограничиться рамками. Строит отношения с другими людьми, также опираясь на подаренную ему родителями установку. Для того, чтобы жизнь человека начала меняться, необходимо сделать для начала эту установку мягче, например:" Мир достаточно опасный, но в нем есть и безопасные места". Помимо этого важно оказывать влияние на данную установку и через действие, поведение. Постепенно пробуя новое, осваивая шаг за шагом неизведанное, убеждаться, что мир на самом деле разный и то, что кажется опасным, может им по факту не являться.