Лет пятнадцать назад после продолжительной болезни скончался мой дед. Болел он долго и мучительно, однако до последнего сохранял рассудок и отказывался ложиться в больницу. Таковы причуды старого поколения – неважно, насколько трудно умирать, главное – дома и в кругу семьи.
Так и получилось. В последние дни его часто навещали многочисленные родственники. Вызывали врачей, однако те отвечали однозначно – жить осталось максимум пару недель. Я уже не помню, с чем была связана болезнь, но это не важно. В самые последние дни перед смертью он начал бредить – с ним было трудно рядом находиться, но я держался – все-таки родной человек. В день своей смерти дед стал совсем плох – стал видеть галлюцинации и вообще, казалось, потерял связь с реальностью.
В какой-то момент он, кажется, начал делится своими видениями и с нами. Смотрим, а дед указывает на пустой дверной проем, что-то в нем напряженно рассматривает и говорит:
– Вот, за мной пришли. Видите в синей рубахе и с сумкой – это за мной пришли генералы, на парад пойдём с портретом!»
Надо сказать, что он был бывший военный. Ветеран Великой Отечественной. Сильно дорожил и гордился своим прошлым, форма у него висела всегда на видном месте. Отсюда и непонятное «на парад». И так всю ночь.
Я уже не слушал, что он говорит – слишком устал. Ближе к утру он скончался. Вызвали врачей. Каково же было мое удивление, когда в дверях появился фельдшер скорой в синей форме и с медицинской сумкой. Перед глазами так и всплыла эта реплика про генерала в синей рубахе и с сумкой.
Это не единственное пророчество, оставшееся от него. Через несколько лет появилось движение «Бессмертный полк», где люди несут по улице портреты своих дедов.
Одна из моих сестер, которая не присутствовала в квартире в тот момент, когда умирал дед (соответственно, она не слышала, о чем он говорил), решила принять участие в акции. Так и вышла – с портретом деда среди других. Вот и исполнилось его пророческое «на парад с портретом». Жалею, что не запомнил все, что он говорил перед уходом. Возможно, было сказано много важного – но мы просто не поняли или прослушали. Сам же он перед смертью мало интересовался тем, слушаем ли мы его. Так и ушел, оставив два странных напоминания о себе. Форма его так и осталась висеть на шкафу.