В ранней советской исторической школе Российская империя осуждалась весьма строго. Одним из деятелей подобного направления был исследователь-марксист Михаил Николаевич Покровский.
Дореволюционная Россия провозглашалась «тюрьмой народов» и «жандармом Европы» (словосочетание относилось не только к императору Николаю I). Выражение же «тюрьма народов» употреблял лично Владимир Ильич Ленин, к примеру, в своей статье «О национальной гордости великороссов» (газета «Социал-демократ» №35. 12 декабря 1914 года.).
Только в 1930-е годы этот всё же довольно однобокий взгляд (заметный и в культуре, где наиболее распространенными героями были предводители восстаний и национальных движений) стал сглаживаться. Появились фильмы, посвященные дореволюционным деятелям, такие как «Суворов», «Александр Невский», «Минин и Пожарский» и т.д.
1941 год вызвал ещё более резкий поворот в сторону «национального»: о русских дореволюционных героях говорили первые лица государства — И. В. Сталин и В. М. Молотов.
«Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков – Александра Невского, Димитрия Донского, Кузьмы Минина, Димитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова! Пусть осенит вас непобедимое знамя великого Ленина!» (с) из выступления И. В. Сталина на параде 7 ноября 1941 года. / Газета «Правда».
С идеологической точки зрения многие современные историки характеризуют сталинский СССР периода Великой Отечественной как настоящий «национал-большевизм» — сочетание коммунистических идей с дореволюционными традициями и национальными, государственными интересами.
Интересно, что в период масштабных боев на фронтах Великой Отечественной, одновременно шли «стычки» советских историков в тылу — тех, кто стремился изменить, «поправить» слишком суровый взгляд на дореволюционное прошлое России и тех, кто отстаивал «сугубо марксистский подход» (несмотря на вполне заметные «невооруженным глазом» политические перемены).
Одним из сторонников смягчения отношения к Российской империи был Евгений Викторович Тарле, удостоенный в 1942 году Сталинской премии. Когда-то этого историка обвиняли в заговоре с целью свержения советской власти (по «Академическому делу» и делу «Промпартии»). Тарле предназначалась, ни много ни мало, должность министра иностранных дел в «контрреволюционном правительстве».
Однако, ещё с конца 1930-х годов Е. В. Тарле фактически оказался под личной защитой И. В. Сталина. Тарле писал про Отечественную войну 1812 года, Крымскую войну, писал про Ф. Ф. Ушакова и П. С. Нахимова.
Но сегодня не об этом. Дело в том, что в годы Великой Отечественной Тарле даже критиковал «более раннего» Сталина!
«Тарле пошел ещё дальше: в серии лекций в Москве, Ленинграде и Саратове он предложил «пересмотреть» смысл написанных в 1934 году Сталиным, Ждановым и Кировым «Замечаний», где они заклеймили царскую Россию как «жандарма Европы» и «тюрьму народов»...
Тарле, хотя и не отвергал парадигму «тюрьмы народов» так же безапелляционно, как и тезис о «жандарме», соглашался со Смирновым в том, что территориальная экспансия в царское время значительно увеличила способность СССР защитить всё свое население от немецкой угрозы...» (с) Д. Л. Бранденбергер. Национал-большевизм. Сталинская массовая культура и формирование русского национального самосознания. 1931-1956.
В своей критике «радикально-марксисткого подхода» и «ранних перегибов» Тарле и прочие историки опирались, в том числе, уже на высказывания Сталина в 1941 — 1945 гг. Упомянутый в цитате исследователь Павел Петрович Смирнов — тоже лауреат Сталинской премии, тоже ранее обвинялся в «контрреволюционности», профессор Историко-архивного института. П. П. Смирнов даже обгонял Тарле, открыто заявляя, что «наступило время признать достижения тех, кто сделал Россию сверхдержавой, способной оказать сопротивление Гитлеру...» (РГАСПИ 17/125/224/3-4, 106)
Ещё смелее были историки Семён Кузьмич Бушуев (автор монографии об А. М. Горчакове), назвавший период 1920 — первой половины 1930-х годов «национальным нигилизмом» и Алексей Иванович Яковлев. Вы наверное, мне не поверите, но А. И. Яковлев тоже стал лауреатом Сталинской премии и тоже в более ранний период обвинялся в «контрреволюционной деятельности».
А в 1944 году А. И. Яковлев говорил такое, за что его в более ранний период действительно могли бы сурово наказать:
«Мне представляется необходимым выдвинуть на первый план мотив русского национализма. Мы очень уважаем народности, вошедшие в наш Союз...
Но русскую историю делал русский народ. И, мне кажется, что всякий учебник о России должен быть построен на этом лейтмотиве — что существенно с этой точки зрения для успехов русского народа, для его развития, для понимания перенесенных им страданий и для характеристики его общего пути...
Известная общая идея: мы, русские, хотим истории русского народа, истории русских учреждений, в русских условиях...» (с) РГАСПИ 88/1/1049/9 / Д. Л. Бранденбергер. Упомянутый источник.
Алексей Иванович Яковлев с 1943 по 1951 годы был профессором исторического факультета Московского университета (МГУ). Специализировался на XVII веке...
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на моем You Tube канале. Читайте также другие мои каналы на Дзене:
О фильмах, мультиках и книгах: Темный критик.
О политоте, новостях, общественных проблемах: Темный политик.