По данным ООН, в мире более 150 млн детей находятся в трудовом рабстве. В первой четверти XXI века. То есть, каждый десятый ребенок в мире. Удручающая статистика. Трудовое рабство, это, разумеется, не полноценное рабство с абсолютным поражением в правах. Скорее здесь правильно говорить о трудовой эксплуатации детей, которые находятся в условиях, когда отказ от труда означает невозможность выжить.
А теперь очень неприятная информация для тех, кто грезит "Прекрасной Россией Прошлого", которую разрушили "нехорошие большевики". В дореволюционной России детский труд был распространен повсеместно. Первые робкие попытки облегчить участь детей предпринимались еще в середине XIX века. В частности, предлагалось ограничить труд ребенка 10 часами в сутки и запретить принимать на работу детей до 11 лет. Но даже такие предложения не находили поддержки. Причем, необходимость эксплуатации детей обосновывалась их же благом.
Государственный чиновник и крупный общественный деятель, а так же секретарь "Общества для содействия русской промышленности и торговле" К.А.Скальковский заявлял:
"...на Западе возможно ограничить работу малолетних, у нас же нет... В России подобная мера была бы стеснительна и отразилась бы тяжело на самом рабочем классе, который чрезвычайно беден".
С большим трудом к началу XX века удалось добиться запрета на использование детского труда на вредных производствах и в ночные смены. Но инспектировались лишь предприятия в крупных городах. Чем дальше от столицы, тем меньше внимания владельцы заводов и мануфактур обращали на такие мелочи.
Трудовая эксплуатация детей в промышленных масштабах завершилась лишь после прихода к власти большевиков. В то время как в других странах такая практика продолжала существовать. Например, в Великобритании последний работный дом, где использовался труд сирот, был закрыт лишь в 1941 году. Хотя там было много прогрессивных людей, выступавших за отмену трудовой эксплуатации детей.
Но сломать эту систему оказалось не так-то просто - в работных домах дети работали просто за еду, одежду и кров. Отказаться же от порочной практики заставил страх перед распространением социалистических и коммунистических идей.
Впрочем, стоит помнить, что от мрака и безысходности детского труда нас отделяют не только короткий отрезок времени, исчисляемый всего лишь десятками лет, но и география.