Ровно 45 лет назад — 5 сентября 1977 года — на экраны вышел фильм «Неоконченная пьеса для механического пианино».
Однажды молодому режиссёру Никите Михалкову подарили книгу с пьесой Антона Чехова «Безотцовщина». Произведение ему понравилось и заинтриговало — о нём мало кто знал. Михалков начал собирать справки — оказалось, что это была первая пьеса 18-летнего Чехова, о которой он старался не вспоминать. Эту полную героев и драм историю в четырёх актах он отправил знаменитой актрисе Марии Ермоловой в надежде на постановку. Через какое-то время пьесу вернули без ответа. Разочарованный Чехов убрал её с глаз долой — нашли произведение только спустя много лет после его смерти. Публиковали пьесу под разными названиями, пока по перепискам Чехова не поняли, что автор назвал её «Безотцовщина».
Никита Михалков договорился написать сценарий вместе со своим постоянным соавтором — драматургом и художником Александром Адабашьяном. Подали сценарную заявку на киностудию, но результат был как у Чехова — им никто не ответил. Ждали они примерно год, а потом на киностудии для выполнения плана не хватило одного фильма, и они вспомнили про заявку Михалкова. Его попросили показать сценарий — тот ответил, что текст надо немного подправить, хотя на самом деле готового сценария просто не было. Пришлось срочно садиться за работу. Пьесу сократили, переписали и вплели в её сюжет истории из других чеховских произведений.
На главную мужскую роль режиссёр сразу утвердил Александра Калягина, но при этом взял его фотографию и обвёл контур, показав до каких размеров ему надо похудеть. Актёр сначала возмутился, но режиссёр сказал: «Не хочешь — будем пробовать Мягкова!». Калягин так хотел сыграть Платонова, что сел на гречневую диету и за месяц сбросил 25 килограммов. В театре он никому не рассказывал, что получил роль в кино, и коллеги всерьёз забеспокоились о его здоровье — актёр буквально таял на глазах.
На роли генеральши Войницевой и Трилецкого взяли Людмилу Гурченко и Евгения Стеблова, но случилось сразу два ЧП. Гурченко сломала ногу на съёмках мюзикла «Мама», а Стеблов попал в серьёзное ДТП и лёг в больницу. Тогда генеральшей стала Антонина Шуранова, а Трилецкого решил сыграть сам режиссёр — Михалкову оказались впору костюмы, которые уже были сшиты на Стеблова.
Роль Софьи писали сразу под Елену Соловей, которая снялась в предыдущем фильме режиссёра «Раба любви». Но та недавно родила ребёнка и сказала, что на год берёт отпуск. Съёмки начали с актрисой Натальей Лебле, но роль у неё не получалась. Тогда Михалков вызвал свою помощницу и умолял вернуть Соловей любыми путями. Женщина поехала к актрисе на дачу, передала письмо от режиссёра и сказала, что если Михалков её повесит за возвращение ни с чем, то она будет приходить к Соловей во снах. Актриса сдалась, собрала ребёнка, взяла маму и поехала с ними на площадку. Для неё специально составили персональный график и наняли помощницу по уходу за ребёнком.
На площадке все актёры обращались друг к другу на «вы» и по имени-отчеству, беседовали о погоде, природе и высоком искусстве. Это помогало сохранять чеховскую атмосферу даже после выключения камеры. Потом актёры вспоминали эти съёмки, как самое счастливое время. Все жили одной семьёй, в свободное время ходили купаться на Оку, играли в футбол, собирали грибы, пили чай, разбирали роли и постоянно смеялись.
К моменту съёмок Александр Калягин был вдовцом с маленькой дочерью на руках. В «Неоконченной пьесе…» жену его героя играла молодая актриса Евгения Глушенко. Она была младше актёра на десять лет и роль Сашеньки была её первой серьёзной работой в кино. Калягина она воспринимала как уже немолодого и очень знаменитого после «тети из Бразилии» актёра, но они быстро нашли общие темы для разговоров. Их взаимный интерес вылился в бурный роман и свадьбу после окончания съёмок.
После премьеры «Неоконченную пьесу для механического пианино» стали называть гимном русской интеллигенции и одной из лучших экранизаций Чехова. Фильм был в международном прокате, получил награды нескольких западных кинофестивалей, но больше всего его полюбили в Италии. Драме присудили премию итальянских кинематографистов «Давид ди Донателло», а спустя несколько лет Никиту Михалкова пригласили в Рим, чтобы он поставил спектакль с Марчелло Мастроянни по сценарию «Неоконченной пьесы для механического пианино».