Советскую школу убили всего двумя простыми приёмами: учителей заменили менеджерами, а уроки – мастер классами. Когда из школы сделали юридическое лицо, то учитель мгновенно перестал быть учителем. Он стал средством добывания прибыли для многочисленных менеджеров. Директоров школ сменили успешные менеджеры, степень успешности которых определяется исключительно приятностью их лиц для вышестоящего менеджмента. Поскольку приятность юридических лиц определяется в денежном эквиваленте, то всё разумное в школе подчинилось унылой бухгалтерии. Учитель исчез и стал существом несущественным и абсолютно лишним. Ведь, чем иметь учителя, менеджеру гораздо выгоднее просто ввести плату за посещение школы. А ещё выгоднее – продавать школьные завтраки, оценки, аттестаты и дипломы. Для этого совсем не нужно иметь ум, честь и совесть учителя, достаточно быть эффективным менеджером и лидером. Эффективность и лидерство тоже товар и его можно приобрести за определенную плату, либо бесплатно, но по знакомству и даже без очереди, через задний ход или через передний – это у кого как получится.
Нельзя сказать, что советская школа была идеальной, но во всяком случае директора, как "пламенные борцы за воспитание нового человека", в педагогическом плане смотрелись гораздо логичнее, чем менеджеры. Они были все же поближе к учителю, и зачастую назначались из неплохих учителей. Да тогда и мало кто понимал, что значит «новый человек» и это каждый раз приходилось спрашивать у учителей. Из-за этого хоть как-то слово учителя что-то значило. Для менеджера любые слова ровным счетом ничего не значат, если они не приносят прибыли в бюджет школы, а лучше – непосредственно её управленцам и вышестоящим назначенцам.
Когда уроки заменили мастер-классами, исчезла сама потребность получать знания, навыки и умения. Поэтому их заменили компетенциями. Компетенции придумала одна шикарная дама, которая за соросовские гранты и бесплатные загранкомандировки проела всем мозги и заставила нумеровать непонятные компетенции. Эта нумерация, разумеется, как-то была связана с чьей-то прибылью, но как, никто не смог понять. Когда эту даму спросили, насколько её компетенция соответствует её компетентности, то она просто фыркнула и ушла. Но и до неё народное образование лишили учителей с помощью мастер-классов.
Когда ученик приходит в мастер-класс – это совсем не тоже самое, что прийти на урок к учителю. Ученик перестаёт быть учеником, а сразу же зачисляется в подмастерья, ведь мастеру нужно только одно – прибыль. Это глупый нищий учитель может десятилетиями драть себе глотку на уроках, вдалбливая ученикам святые истины добра, знаний и вырабатывая умения у учащихся. Мастер-классу всё это не нужно, ему главное сам процесс – движняк, рамсы, стрелки, компетенции, баллы, мухлёж с егэ-конвертами, чтобы определить, кто тут такой талантливый, кто такой красивенький, чтобы богатенькие родители талантливых участников были довольны.
Если в мастер-классе определится талант, то это повод для его продвижения на новый уровень – сначала в управленцы, потом в эффективные менеджеры (по степеням их топов) и далее – в лидеры. Можно и без школы сразу в топ, или в лидеры, но не у всех родителей, дедушек и бабушек есть такая возможность. В этой цепочке деловых связей вообще не важна никакая фигура учителя и ученика. Таких понятий больше не существует. Они стёрты. Их заменили удобной формулой: компетенция-талант-лидер. Что это значит, и зачем это всё нужно, никто не знает, известно только, что если усердно покланяться этим словам, то можно вписаться в Болонскую систему. Хотя эта система бессистемная и не закреплена никакими законами, но к ней все усиленно стремятся. Для неё пришлось сломать систему школьного, профессионального и высшего образования, ввести всяких магистров и бакалавров в назидание кандидатам и докторам и во вред профессорам и академикам. Всё пришлось перепутать и переадминистрировать так, чтобы порадовать Болонскую систему. Однако радости это не доставило никому. В конечном счёте отечественный диплом обнулился, а иностранный диплом стал лишь бессмысленным талисманом тех, кто больше заплатил за мастер-классы, своего рода ярлыком – погремушкой масти сектантов-поклонников голливудского образа успешности. Ничего общего болонская погремушка не имеет с полезностью человека для отечественной науки и практики народного хозяйства.
Встретишь, бывало в верхах, какого-нибудь талантливого юного бакалавра, или оксфордского магистра, или топ-менеджера, обладателя чикагских сертификатов, и спросишь у него: что ты умеешь? Возмущенно взвизгнет он, отвернётся от такого вопроса с презрением. Да ещё и нажалуется своим родственникам и начальству, чтобы наказали или лучше совсем уничтожили любого и каждого, кто задастся подобным вопросом.
Совсем замордовали простого учителя, вот он больше и не задаётся лишними вопросами, успевает только заполнять обязательную отчетность и отписываться тоннами бумаг за саму возможность числиться учителем.
Некоторые пытаются кому-то что-то доказать, мол, не так надо было реформироваться и в пример приводят Макаренко, Пирогова, Добролюбова… Но это всё бесполезно. Менеджерам слушать это противно. Эти имена для них пустой звук их идеал – список ФОРБС. Но поскольку люди из этого списка скромны и неречисты, к тому же не все их знаем имена, порадовать вас нечем.
Отыграть всё назад не получится. Слишком уж далеко зашло. Погоня за прибылью глубоко въелась в мозг людей.
И если уж кто-нибудь захочет сделать что-то полезное для школы, то просто верните в школу ученика и учителя.