«Они любить умеют только мертвых», – писал он в одном из своих писем. Он и не догадывался, что это было пророчеством, потому что слава к Довлатову пришла буквально на следующий день после смерти.
Довлатов – тот писатель, который практически всю свою жизнь рассказал в книгах. И прочитав их, можно легко понять каким он был человеком.
Сергей Донатович Довлатов родился в Уфе 3 сентября 1941 года. Его отец – еврей по происхождению, был театральным режиссером. А мать, армянка – актрисой. Их семья была эвакуирована в Уфу из Ленинграда и прожила там 3 года. В 1944 году они снова вернулись в Ленинград.
Довлатов признавался, что через всю его жизнь прошли 3 города. Первым, конечно же, был Ленинград.
Ленинград
Однокурсник и друг Довлатова Игорь Смирнов говорил про юного Сергея:
«Довлатов был очень известной фигурой в Петербурге. Его знали все. Он сам стремился попасть в центр событий... Было ясно, что этот человек талантлив, независимо от того пишет он что-то или не пишет, печатается или не печатается».
В 1959 он поступил на филфак Ленинградского государственного университета. Именно там Сергей Донатович встретил свою первую любовь – Асю Пекуровскую.
У Аси была масса поклонников. За ней одновременно ухаживали и Бродский, и Довлатов. Бродский позже писал: «В то время мы одновременно осаждали одну и ту же короткостриженную, миловидную крепость. Осаду эту мне пришлось вскоре снять и уехать в Среднюю Азию. Вернувшись два месяца спустя, я обнаружил, что крепость пала».
Их роман продолжался 3 года. Довлатов очень ревновал Асю. Он забросил учебу и все свое время посвящал ей. А потом они разошлись. Это было большой драмой в жизни писателя.
Довлатова выгнали из университета, и он пошел в армию. Служил он в республике Коми охранником в лагерях особого назначения. Именно во время службы он собрал материал для своего сборника «Зона».
Бродский говорил: «Вернулся Довлатов из армии, как Толстой из Крыма – со свитком рассказов и некоторой ошеломленностью во взгляде».
С этого момента Довлатов начал писать. Уже потом в «Филиале» он расскажет свою историю любви и расставания с Асей.
Ася родила Довлатову дочь Машу, которую еще в раннем детстве увезла в Сан-Франциско. Сейчас Маша Пекуровская живет в Лос-Анжелесе. Она вице-президент кинокомпании Universal Pictures.
После армии писатель жил уже с другой женщиной Еленой, с которой у них тоже была дочь Катя. Довлатов писал, обивал пороги редакций, но его упорно не печатали.
Таллин
В 1972 году Довлатов уезжает в Таллин. Он совершенно случайно выбрал именно Таллин. «Просто была попутная машина», – говорил он. Этот город был свободнее. И там он надеялся опубликовать свою первую книгу.
Именно в Таллине в его жизни появилась Тамара Зибунова. И он остался там жить почти на 3 года. Этот город стал для него вторым родным.
В Таллине Довлатова приняли в ведущую партийную газету республики «Советская Эстония» штатным сотрудником в отдел информации. Эти годы его работы в редакции послужили материалом для будущего «Компромисса».
В этом городе почти случилось чудо. Главное издательство обратилось к Сергею Донатовичу с предложением напечатать его рукопись. Довлатов начал писать «Пять углов». Издательство объявило, что это лучшая книга за последние годы. Книга прошла цензуру и Довлатов уже ждал сигнального номера. Но чуда не произошло...
Сергей Донатович в это же время дал почитать рукопись «Зоны» своему приятелю, у которого КГБ по политическим причинам внезапно провело обыск. Рукопись нашли. После ее прочтения, книга «Пять углов» была запрещена к изданию в Эстонии. Довлатову запретили писать для эстонской прессы.
Это было крушение всех его надежд. Он начал пить. В это же время выяснилось, что Тамара беременна. Весной 1975 он уехал в Ленинград. Через несколько месяцев родилась его дочь Саша.
Нью-Йорк
В августе 1978 года из Ленинграда писатель эмигрировал в Нью-Йорк. Ему было 36. И больше он никогда не вернулся в родной город. Он оставил позади 12 лет безнадежных попыток издать свои произведения в Советском Союзе. А впереди его ждало еще столько же лет писательства за границей. За эти 12 лет он издаст 12 книг.
Нью-Йорк стал третьим и последним местом в жизни писателя, «откуда, - как он сам писал, - бежать можно только на Луну».
В то время в Нью-Йорк хлынула третья волна эмиграции. Именно тогда появилось понятие «русский Нью-Йорк». Именно тогда вышла в свет газета «Новый американец». В ее создании ключевую роль играл Сергей Довлатов.
Александр Генис – друг Сергея рассказывает про это время: «Выглядело это так. Мы с Петей верстали газету. Потом заходил Довлатов. Начинался хохот. Довлатов говорил, что когда он пишет для газеты, у него меняется почерк. Он всегда считал журналистику халтурой. Его абсолютно не интересовали факты. Абсолютно. Он легко врал. Скажем так, ему не нравилась журналистика, но нравилась атмосфера в газете. Это да... ...в нашем «Новом американце», где не было Советской власти, но не было и денег, все это очень напоминало субботник. И Довлатов с наслаждением участвовал во всей этой кутерьме, не получая ни копейки денег, и Сергей в этом субботнике купался в любви своих подчиненных, он купался в любви своих читателей. Он был страшно популярен. Именно благодаря газете».
Начали издаваться его книги, потом их стали переводить на английский и другие языки. В это время у него родился сын Коля. Помимо писательства Довлатов работает на радио. Он входит в круг русских писателей в Америке и становится там яркой звездой.
Его первого из русских писателей после Набокова напечатал журнал NewYorker. Курт Воннегут писал ему: «Сергей, я вам завидую. Я прожил в этой стране всю жизнь, сражался за нее, выпустил несколько книг, но никогда NewYorker меня не печатал».
Но Довлатов страдал. Ему хотелось признания на Родине.
«Пьянство мое затихло, но приступы депрессии учащаются,- писал он Ефимову,- именно депрессии, т.е. беспричинной тоски, бессилия и отвращения к жизни. Я всю жизнь чего-то ждал: аттестата зрелости, потери девственности, женитьбы, ребенка, первой книжки, минимальных денег. А сейчас все произошло, ждать больше нечего, источников радости нет. Главная моя ошибка – в надежде, что легализовавшись как писатель, я стану веселым и счастливым. Этого не случилось».
Довлатов то прекращал пить, то уходил в страшные запои.
Эрнест Неизвестный рассказывал: «...Его пьянство, с точки зрения психиатрии, и для этого не нужно быть психиатором, любой пьющий мужик это знает, это была форма самоубийства. Именно так, как он пил. Не в смысле много, а психологически как... ...Это было темное русское пьянство».
В свое последнее лето 90-ого года Довлатов был уже достаточно популярен. К нему то и дело приезжали журналисты и друзья из России. Он очень много работал на радио «Свобода». Было жарко. В конце концов он сорвался и ушел в свой последний запой... и сердце не выдержало...
Довлатов умер 24 августа 1990 года, не дожив неделю до своего 49- летия.
Его самая заветная мечта осуществилась спустя пол года после смерти – вышла его первая книга на Родине...