Вообще-то, счастье запоздалым быть не может, оно приходит и озаряет человека в любом возрасте, это мы начинаем думать, что оно могло бы и пораньше прийти. Вот к Иринке нашей оно пришло в сорок восемь. Ну, так и что? Успеет ещё надышаться этим счастьем, вон ведь как расцвела, улыбка с лица не сходит.
Ей бы молчать, бояться бы расплескать своё счастье, а она каждый рабочий день с доклада начинает, вот бабы и дышат ароматом чужого счастья, будто фильм с продолжением смотрят. Другой раз, понимаю, работы невпроворот, прошу её:
- Да помолчи ты, Иринка! Пусть эти сороки за дело примутся…
А она только рукой махнёт, чувствую, невмоготу ей, так и отступлюсь. Видно, здесь нужны слова иные, которых у меня в запасе нет. А ведь вспоминаю, как ещё сорок пять ей отмечали, плакалась на судьбу, мол, бабоньки, всё, отцвела, вступаю в пору зрелости, ну и всё такое… Возвращаясь из отпуска, всякий раз с грустью рассказывала о том, что опять не встретилась со своим Николашей. Мол, она только приезжает в город своего детства, он тут же смывается куда-то, будто прячется от неё. И на встречи одноклассников не приходит, так она обидела его в юности. А уж чего бы теперь, дети у него и даже внучка. Это вот у неё, у Иринки, никого нет, как разошлась с первым мужем, так и приуныла, всё одна да одна.
А год назад приехала, пришла на работу, и почувствовали мы, не в себе баба. Начали приставать: что да как? Думаем: может, со своим Николашей встретилась. А она и смеётся, и плачет. Ну, потом всё-таки рассказала. Оказывается, с ней в поезде ехала цыганка, посмотрела, мол, на неё внимательно и говорит:
- Что же ты, голубонька, приуныла? Ты же в этом году замуж выйдешь…
Иринка вспоминает, что так чаем и поперхнулась:
- Замуж? Я замуж? Да ты знаешь сколько мне лет?
- Знаю. И ему столько же. Одноклассники вы…
Стала, говорит, перебирать своих неженатых одноклассников, кто спился, кто в тюрьме, кого и даром не надо. Улыбнулась про себя да и уснула. А через неделю позвонила ей мать и сообщила, что у Николая жена умерла. Скоропостижно. В больнице по лестнице спускалась и упала, врачи рядом, но не спасли, тромб оторвался.
Иринка говорит, что это известие просто потрясло её. Первая мысль была: как же там Николаша со всем справится? Как он переживёт, ведь мальчик-то у него ещё только в школу пошёл. Все это показалось ей чем-то немыслимым, в день похорон так волновалась, что трясло её, и зубы стучали. Конечно, с этого дня закружили в её голове шальные мысли, ночами не спалось, воображение такие узоры рисовало, такие узлы завязывало, что не дай Боже.
Но время шло, ничего не менялось, отчаяние, а порой и зло на не сложившуюся жизнь захлестывали её, только Иринка у нас дама крепкая, никто не знал, как ей было тяжело в этот год.
Она уж совсем отчаялась, но, видно, не соврала цыганка. Возвращается однажды Иринка метельным вечером от подруги, смотрит, а на углу дома человек стоит, задрог совсем. Она перепугалась сначала, мелькнуло в голове, что человек-то её ждет. А он тут и подал голос. Бросилась к нему, ни о чём не спрашивая, всю сердечную боль слезами изливая. Вот тут на заснеженном тротуаре и счастье к ней пришло. Николаша оказался на всё согласный, даже квартиру в своем районном городке оставил и вместе с сыном к ней перебрался, тем более что и дочка с семьей тут живут. Дочка с пониманием отнеслась к их истории, видя, что Иринка любит их отца до сердечной боли, да и он… И сынок ничего, покуражился сначала, а потом тоже принял её.
Теперь каждый праздник у Иринки в квартире дым коромыслом, она и раньше-то была мастерица готовить, а теперь уж и подавно. А по утрам на работе рассказы, от которых у наших баб щёки пламенеют, не каждой ведь счастье вот так внезапно улыбнулось, некоторые живут и живут, а о том, что от счастья каждый день светиться можно, даже и не подозревют. А тут…
Вот так и поверишь, что не у каждого жизнь ровное течение имеет, у некоторых такие перекаты да излучины, что и представить невозможно.
Дорогие читатели! Буду благодарна за лайки, комментарии и репосты!