Как сложилась моя работа о Толковом Словаре Даля
(Памяти моего отца Ивана Смоленцева, род. 1 Сентября 1935г., д. Бор, бывш. Уржумский уезд Вятской губернии, ныне - Сернурский р-н Республики Марий Эл)
В рукописях моего отца Ивана Смоленцева я нашел целый ряд стихотворений, о которых не знал. Это стихотворения его последних лет на земле, сложившиеся уже на его малой родине в селе Косолапово с средины восьмидесятых годов до начала девяностых двадцатого века.
Одно из них:
Наш язык
Наш язык –
Это хлебное поле
С говорком
Неуемных ветров,
С первородной
Вкрапленностью воли
В белизну кучевых облаков.
В нем лишь штрих –
Стих – плакат у дороги.
Труд и пот –
Это корни полей.
Плоть зерна
В звучном колосе-слоге
Всех доктрин
Чужеродных
Слышней.
В нем согрет
Землепашца душою
Каждый злак
В час счастливый
Земли.
… В нем нужда
Сиротой-лебедою
В скудный год
Проступает
В пыли.
В нем –
Все суть,
Но красивость
Без меры
В годы бед,
Сладкопевности марь –
Не язык наш,
А ложь и химера:
В годы бед
Сам он –
Бедный дикарь.
В моей же собственной, вот уже несколько лет, Косолаповской сельской жизни, моей деревенской прозы жизни, лишенный выхода к читателю, я этот выход отыскал. На одной из интернет-платформ создал - «блог», «канал», - как ни назови, для меня – это: Встреча с читателями.
В ряду других материалов, предложил я моим читателям и видеозапись чтения стихотворения «Наш язык».
Широкий (по нынешним временам и доступным мне масштабам) читательский отклик на это стихотворение меня удивил, заставил задуматься о требованиях времени. Заставил вспомнить о Толковом Словаре Даля. О моем постоянном обращении к Толковому Словарю Даля, вот уже лет тридцать, наверное.
И я, осознано и осмысленно, с толком и разумением, обратился к Толковому Словарю, намереваясь, что-то кратко сказать о Труде Даля и привести примеры того, какие удивительные открытия невидимых смыслов русской литературы позволяет Толковый Словарь совершать.
Обратился к Толковому Словарю… и был поражен… Тридцать лет моей творческой жизни я обращался к Толковому Словарю Даля как потребитель… стыдно, но - так.
Да, понимая, что это и святыня и чудо, понимая, но не свидетельствуя об этом.
Пришло время – свидетельства. Результат чего, надеюсь, не итоговый, настоящая моя литературная работа о Толковом Словаре Даля.
И несколько слов о стихотворении Ивана Смоленцева Наш язык
Да, я вижу, несовершенство поэтической отделки… но я вижу и совершенство (не отцовского, но открывшегося отцу и им разделенного) смыла, вложенного в эти строки… а «несовершенство»… я вообще просто не понимаю, как он, смертельно больной (как сказали моей маме, потом уже, в одном из монастырей: «рак еще заслужить надо», отец – заслужил), за семь неполных лет - построил две плотины (не запруды, а настоящие гидротехнические сооружения), получил два (одно – плотина, другое – плуг) Авторских свидетельства на изобретения (а это и оформление сложнейшей документации и переписка с Комитетом по делам изобретений СССР), разработал и ввел в эксплуатацию до десятка орудий и приспособлений для облегчения труда земледельца (все также оформлены Информационными листками Марийского Центра Научно-технической информации) и огромный архив переписки с центральными журналами и издательствами, и работа над поэтическими рукописями, и публикация статей о путях (с конкретикой) нравственного и экономического возрождения села… да, это все не оправдывает несовершенство строк… но, я думаю, нет – я уверен, строки Ивана Смоленцева оправданы – смыслом в них явленным…
А ответ: как он все это мог и успевал… я вот прямо сейчас – вспомнил у Даля: по закону господства духа над плотию… и – один из русского народа – это я об отце – еще раньше, чем о Дале так, – подумал, понял.
