Друзья, на днях в букинистическом развале купил сборник новелл Джона Голсуорси. Одна из его новелл навела меня на мысль написать эту статью.
В начале XX века остро зазвучала литературная тема феминизма. Порой, борьба за равноправие приводила женщин к комическим шагам: с интимной жизни срывались все покровы, женщины начинали одеваться по-мужски и демонстративно проявляли инициативу в куртуазных отношениях.
Одним из литературных результатов подобных процессов стала тема женской проституции в разных её склонениях. Вы не заметили?
Я обратил внимание на это только сейчас, прочтя рассказ Голсуорси «Вознаграждение». После него мне сразу пришли на память другие подобные вещи первой половины того века:
Бабель, «Мой первый гонорар»;
Ремарк, «Чёрный обелиск»;
Куприн, «Яма».
Литературные эрудиты подскажут мне, что основу этой темы заложили ещё в конце XIX века Золя с романом «Нана́» и Мопассан с «Пышкой». Соглашусь. Добавлю только, что исчерпали эту тему в художественном плане именно в начале XX века. Далее она перешла в зону ответственности порнографов и там существует до сих пор.
Что интересовало в женщинах лёгкого поведения тогдашних писателей?
Как мне показалось, они искали в «падших ангелах» особый душевный склад, сочетающий в себе внешнюю распущенность и внутреннюю человеческую драму. Эта тема щекотала нервы своими художественными возможностями и возбуждала творческое воображение. Поиск новых сюжетных стимулов толкал писательскую богему в публичные дома, где наиболее неопытные из них с мистическим ужасом поглядывали на порочных вакханок.
Мне вспоминается отрывок из воспоминаний, кажется, Георгия Иванова, где он описывает ночной кутёж кампании и как на коленях Александра Блока сидит простенькая проститутка, а тот ведёт с ней глубокомысленный разговор.
С юмористическим оттенком о подобных опытах творческого воспламенения написал Ремарк в «Чёрном обелиске».
Там эпизод такой.
Кружок молодых стихотворцев решает посвятить в мужчины своего молодого собрата-поэта. Тот жалуется на дефицит тем. Единственным способом стряхнуть с себя творческую импотенцию он находит посещение публичного дома, впервые. Но один он боится идти, нужна кампания. И вот, всей гурьбой, они заходят в храм разврата. Молодого поэта трясёт от страха перед неведомым. Ему достаётся дама с амплуа «садо-мазо», экипированная в кожаные сапоги по колено и с плёткой в руках. Он в полуобмороке исчезает с ней в чертогах, а через некоторое время с криком убегает через окно. Выскочившая жрица отчаянно ругается:
– Он меня уколол ножницами!
Нервы молодого рифмоплёта не выдержали эротической экзекуции, и, не дожидаясь их начала, он отбился от девицы припасёнными заранее ножницами и сбежал. «Заведение» пообещало бесплатный второй сеанс, а новоявленный «мужчина» разразился поэтическим сборником. Есть результат!
Очень своеобразным сюжетом отличился Исаак Бабель. Вероятно, это была история из личного опыта. Речь идёт о его рассказе «Мой первый гонорар».
Юноша мечтает о любви одной дамы. О ней известно, что она уличная проститутка. Накопив денег, он приходит к ней на квартиру с заказом. Дело происходит в какой-то дореволюционной коммуналке. Та снисходительно начинает готовиться к любви. Греет тазик с водой, попутно участвует в коммунальном скандале. В общем, атмосфера совершенно не романтическая. Юноша в растерянности. Любви ему не хочется. Он не может.
Что делать?
Когда приготовления закончены, он хочет оттянуть начало и начинает выдуманный тут же рассказ о своей жизни с хозяином. Неявно звучит тема сексуального насилия над ним с детских его лет. Разгоревшееся вдохновение рисует всё новые драматические подробности его мнимой драмы. Женщина слушает этот рассказ с сильнейшим сочувствием. В конце она обнимает его и произносит:
– Сестричка моя, бляха …
Уходя, юноша протягивает женщине свои деньги, а она возвращает их ему обратно.
Это был первый гонорар будущего писателя.
Как вам?
На этом остановлюсь. Тема большая, говорить можно долго.
