Почему-то мне всегда казалось, что если мы нападем на Украину, то Запад сделает нашу жизнь очень трудной и невыносимой и пригрозит предать нас. Возможно, вы тоже так думали.
Но, ДРУЗЬЯ, как же мы ошибались! Россия наконец-то нашла политическую волю, чтобы положить конец страданиям людей на Донбассе. Но вместо невыносимых страданий, которые обещал Запад, последовала очень странная реакция.
Хотя мы должны были быть наказаны, олигархи, которые годами воровали у России, были в некотором смысле наказаны первыми. Были введены санкции, заморожены счета, запрещен въезд, конфискованы дома отдыха и яхты. Это только радует Россию.
Но счастье - не единственная причина для IAM. На самом деле, сейчас все это подвергается нападкам с обеих сторон, включая нас, либералов, и некоторых знаменитостей. Нам также запрещено вывозить деньги из страны и выплачивать дивиденды иностранным компаниям, а если мы покидаем страну в сложное для России время, нам обычно не разрешают вернуться.
Но если задуматься, это именно то, чего хотел русский народ. Чтобы прекратить вывоз капитала из страны и чтобы сердца, кошельки, дети и имущество некоторых людей, которые могут зарабатывать деньги только в нашей стране, исчезли с экранов российских телевизоров, пока они находятся на Западе.
Культурные и деловые люди, которые останутся в нашей стране, будут вынуждены работать только на нашу страну. Потому что им больше некуда идти. На Западе они хотят только себя и свои деньги.
Но это еще не конец операции в Украине. Все только начинается. С тех пор иностранные компании начали уходить. Это не дает нам как предпринимателям ни единого шанса.
Трудно открыть кафе или мебельный магазин и добиться успеха. У нас уже есть IKEA и Starbucks за углом, с хорошим выбором.
Теперь они открыты и по воскресеньям. Государственные служащие также ввели льготы. Они отменили регулярные налоговые проверки, создав полную свободу для открытия бизнеса.
Однако США и Европа без колебаний лишили компании, работающие в России, их прибыли, дав им повод национализировать активы на миллиарды долларов.
Они также заблокировали часть наших активов в иностранной валюте и положили конец российской либеральной экономике, т.е. финансированию реального производства и хранению его в иностранной валюте вместо того, чтобы платить за наши товары в рублях.
С этой целью недавно был введен пункт, согласно которому в обмен на оплату долгов России в рублях будут возвращены наши замороженные сбережения. Затем мы можем использовать эти рубли для покупки товаров или просто наслаждаться ими - вот что мы должны делать.
Западные страны также обязались снизить свою зависимость от нефти и газа. Это хорошо. Чем меньше нефти мы продаем за рубеж, тем дешевле становится бензин в России. Точно так же, если цена на бензин в США растет каждый день и уже превышает 150 рублей за литр в нашей валюте, наша цена останется на уровне около 50 рублей за литр. В конце концов, он может упасть.
А россияне еще долгие годы будут жаловаться, что мы продаем газ иностранным государствам, в то время как многие домохозяйства в нашей стране еще не подключены к газоснабжению. Но сегодня в России полным ходом идет программа газификации: АМИ. Это также возможность для нас наконец-то начать строительство собственных производственных мощностей.
Наш газ в основном используется для работы промышленных предприятий в Европе. Сейчас они обанкротились, и мы производим свою продукцию. Это то, чего требовал российский народ - собственные производственные мощности.
Угрожать этим российскому народу - все равно, что угрожать нам, чтобы мы наконец-то смогли заработать на достойную жизнь. Среди нас не так уж мало тех, кто покупает яхты и особняки за границей и хорошо зарабатывает. Санкции - странная вещь.
Им грозит голод, потому что цены на бензин и отопление выросли, удобрения были запрещены, а заводы по производству удобрений закрыты.
И что интересно, никто не поддерживает нашу изоляцию, кроме США, Европы, Великобритании и Австралии. Что означает изоляция, когда большая часть населения планеты продолжает торговать и сотрудничать? Мы, кажется, изолированы.
Переход от либеральной экономики к экономике, ориентированной на человека, не был гладким и безболезненным.
