Матильда Кшесинская (1872—1971)
31 августа — 150 лет со дня рождения Матильды Кшесинской (1872—1971), из-за которой всего несколько лет назад в России кипели нешуточные страсти. Поскольку г-жа Поклонская и царебожники требовали запретить кощунственный, как они считали, фильм о ней, который бросал некую тень на обожаемого ими Николая II — как у благородного цесаревича мог быть любовный роман с какой-то вшивой актёркой? «Это какой-то позор» (с). Немыслимо! А потомки Романовых, ещё общавшиеся с балериной в эмиграции, настойчиво твердили: да был роман, был, чего там ханжествовать!
В итоге Кшесинская спустя добрых полвека после своего ухода из жизни умудрилась рассорить между собой монархистов. И это не первое доброе дело, которое она — помимо собственной воли, впрочем — совершила. Например, где располагался штаб большевиков после Февраля 1917-го? Все современники тех событий знали: с марта по июль он находился в особняке Кшесинской, в который в февральские дни ворвалась революционная толпа. Так балерина расплачивалась за свою «сладкую жизнь» до революции, когда она была любимицей членов августейшей фамилии. Правда, сама Кшесинская была этим очень недовольна, и требовала вернуть дом в её распоряжение. Большевики разговаривали с обездоленной фавориткой Романовых вежливо, но слегка посмеивались, и особняк возвращать ей отказывались. С его балкона теперь выступал сам Ильич!
В.И. Ленин выступает с балкона особняка Кшесинской
А.М. Любимов. Выступление В.И. Ленина с балкона особняка Кшесинской. 1957
Тогда Кшесинская обратилась в суд. Процесс шёл в мае месяце 1917 года. Интересы большевиков в суде защищал литовский революционер, юрист Мечислав Козловский. Кадетская газета «Речь», внимательно следившая за ходом дела, так передавала доводы большевиков и их адвокатов: «Она (Кшесинская) сама оставила свой дом. Да и как можно говорить о законном и незаконном в революции? Ведь вся революция незаконна с точки зрения старого закона и напрасно здесь читали какие-то старые сенатские решения. Если бы броневики [солдаты броневого дивизиона], о выселении которых теперь говорят, не заняли дома Кшесинской, он бы был уничтожен толпой». «[Революционные организации] заняли его [здание] тогда, когда оно было пустым, когда разбушевавшиеся массы уничтожали дворец Кшесинской, считая его гнездом контрреволюции, где сходились все нити, связывавшие с царским домом Кшесинкую, которая, по разумению масс, была если уж не членом царской семьи, то, по крайней мере, фавориткой свергнутого царя», — доказывал на суде Козловский. Адвокат истицы Владимир Хесин твердил, что и во время революции есть закон. На доводы своего процессуального противника про разгневанную революционную толпу он едко возражал: «Мали ли что говорит толпа. Толпа говорит и о поездке в запломбированном вагоне через Германию, и о немецком золоте, привезённом в дом моей доверительницы. Я ведь всего этого не повторял перед судом».
В конце концов суд вынес решение в пользу балерины, вот только с исполнением его возникли некоторые сложности, поскольку большевики сдавать здание отказывались, а министр юстиции Керенский не хотел из-за царской любимицы затевать маленькую гражданскую войнушку в столице.
Однако после стихийных волнений в Петрограде, вспыхнувших 3-4 июля, само правительство пришло в антагонизм с большевиками и 6 июля всё-таки силой заставило их покинуть особняк. Но самой балерине это нимало не помогло: 1-й самокатный батальон, обосновавшийся теперь в её доме, опять не захотел его освобождать...
Любопытно, что даже либеральная печать тех дней, с интересом следившая за тяжбой царской фаворитки с большевиками, относилась к ней с большой долей иронии. Характерная карикатура из журнала «Новый Сатирикон»:
Карикатура Ре-ми (Николая Ремизова). 1917. «Жертва нового строя. Матильда Кшесинская: — Мои близкие отношения к старому правительству давались мне легко: оно состояло всего-навсего из одного человека. А что же я буду делать теперь, когда новое правительство — Совет Рабочих и Солдатских Депутатов — состоит из 2000 человек?!»
Другая карикатура тех дней на Матильду Феликсовну:
«Несравненная балерина, поддерживаемая искусственными и опытными кавалерами, с неподражаемой грацией порхала по сцене»... от одного подряда к другому».
Разумеется, после разгрома корниловщины, а тем паче Октябрьского восстания, шансы царской фаворитки заполучить назад свой особняк, и до того весьма призрачные, и вовсе испарились... Какое-то время в 1930-е годы в нём располагалось Общество старых большевиков, а ныне здесь находится государственный Музей политической истории России. В 2009 году некие лениноборцы выставляли в нём на балкон, с которого выступал Ильич, вот такую фигуру «Нового оратора».
Но ничего нового, кроме того, что говорилось ещё во времена сладкой жизни г-жи Кшесинской, этот «новый оратор» миру не поведал...