Мертвец смотрел на себя, на свои руки, на высохшие пальцы. С каждым мигом своей полуразумности покойник всё больше понимал, что он мертв, и что он бродит по своей земле в виде трупа в окружении таких же, только еще менее разумных соотечественников. Но кроме этого мертвец видел Ателану и помнил её, помнил, кем она была при бывшем правителе этих земель.
- Он… он может говорить? – дрожащим голосом спросила призрак, взяв мертвеца за руку.
- Нет, - ответил Масус. – Его тело иссохло, так что…
- О чем он думает? – перебила женщина.
- О тебе, о себе, обо всем, что видит вокруг. Раньше он не осознавал себя, но теперь осознает, и ему нехорошо от того, как все обернулось.
Ателана отвернулась от мертвеца и посмотрела на колдуна.
- Зачем ты исцелил его? Ты же сам говорил, что мертвым от этого будет больно!
Кадамасус примирительно поднял ладони.
- Этот покойник отличается от других. Я подумал, ему можно будет помочь.
Ателана заметно успокоилась и отвернулась. У Масуса тоже слегка отлегло. В самом же деле колдун приврал насчет помощи мертвецу. Главный мертвец Надалии не был особенным, просто его пробуждение в виде нежити произошло раньше, когда от разума трупа еще что-то осталось. Теперь он мог вести за собой других, и колдун решил проверить, что будет, если его голову немного подлечить. Это был простой эксперимент и не более того, но Ателане незачем было такое знать.
Все больше других покойников замечали гостей, но они только смотрели и всё. Создавалось впечатление, что нежить пыталась осознать, что в воздухе над ними парят два незнакомых существа. Опасности трупы не таили, и Масус окончательно убедился в этом. Однако и пользы в мертвых не было никакой.
Маг собрался улетать и решил сказать об этом спутнице, но вдруг Масус заметил, что мертвец смотрит на него. Более того, покойник не просто смотрел, он смотрел и думал. Думал о том, слышит ли таинственный маг его мысли.
Ателана перехватила взгляд мертвеца, проследила его и вопросительно посмотрела на колдуна.
- Он говорит со мной, - немного растерянно произнес маг. – Говорит мысленно.
Лана бросила взгляд на покойника, затем опять на мага.
- И о чем же?
- Он хочет, чтобы я вернул ему разум, - сказал маг. – Полностью вылечил его.
- Ты можешь? – забеспокоилась призрак.
- Это нетрудно, но временно, - подметил Масус. – Примерно через сутки смертная пустота внутри него пожрет мою магию и вернет все как было. Я же говорил, как это бывает.
Лана с сочувствием посмотрела на мертвеца и спросила:
- Зачем тебе это?
Покойник не ответил вслух, но подумал, и его мысль была услышана Кадамасусом.
- Он хочет побыть собой, - сказал колдун. – Пусть даже временно.
Лана покачала головой и обвела взглядом остальные покойников. Все они смотрели на парящего призрака, сияющего в ночи, как на божественное проявление. По крайней мере так казалось со стороны. В реальности же мертвецы даже не понимали, где они находятся. Но им можно было помочь, пусть и на ограниченное время.
Колдун посмотрел на главного мертвеца и вслух сказал ему:
- Если это то, чего ты действительно хочешь, я помогу. Но что насчет остальных?
«Их тоже, - мысленно ответил труп. – Если можешь».
- Что он сказал? – спросила Лана.
- Он хочет, чтобы я временно вернул разум всем мертвым в городе. Это не так трудно, как может показаться. Здесь не требуется постоянная поддержка чар, так что я справлюсь, вот только есть ли смысл? Всего сутки эти мертвецы ментально оживут, но их не будет ждать ничего кроме страданий.
Масус вновь посмотрел на покойника и спросил снова:
- Ты правда этого хочешь? Для себя и для остальных?
Покойник кивнул, и колдун качнул головой.
- Что ж, решать тебе, но…
- Я останусь с ними, - твердо сказала Ателана. – На время, что их разум вернется в тело, я буду с ними. Мы проведем эти сутки вместе.
Кадамасус не стал спорить и молча взялся за дело. Лечение разума было похоже на лечение тела или лечение души. Это была школа Восстановления, заклинания которой не казались колдунам чем-то необычным. Принцип везде один. Малое лечение, сильное лечение, наложение чар, регенерация, воскрешение. Кадамасус умел колдовать малое лечение, и оно подходило, чтобы исцелять нуждающихся постепенно. Если пострадавший был еще жив, Масус мог привести его в чувства, пусть и не с одного раза. Нежить вокруг была мертва, одна их разум теплился жизнью, будто умирающий человек, которого еще можно откачать.
Маг взялся за дело, и раз за разом вылечивал разум мертвецов. Один за другим покойники приходили в себя, словно пробуждаясь ото сна, и они начинали осознавать себя и происходящее вокруг. Часть трупов даже узнавала друг друга. Среди толпы мертвых находились те, что жили на одной улице или в прошлом ходили в одну школу. И хоть внешне нежить сильно изменилась с тех далеких живых дней, но их память и личности теперь были временно восстановлены.
Когда Масус закончил, то понял, что ему здесь больше нечего делать. Ателана более не замечала мага, полностью поглощенная общением со своим мертвым народом. Общением не в прямом смысле, потому что трупы не могли говорить. Прошло много лет с их гибели, так что речевые аппараты оживших трупов едва ли были пригодны, хотя, как помнил маг, одержимый демонов мертвяк мог худо-бедно выдавать скомканную речь.
Оставив Лану со своими, маг улетел. Он понимал, что призрак теперь вернутся не раньше, чем через сутки. Однако будет ли она рада? Получит ли она именно то, чего хотела. Не буде ли жалеть? Масус летел обратно в Билин и представлял себе, как проходит ночь, затем день, вечер… и вот время переваливает за полночь, и мертвые начинают терять себя, терять память и осознание происходящего. Трупы будут смотреть друг на друга и прямо на глазах лишаться разума. И Ателана будет там. Она будет видеть это. Если только не улетит раньше. Но она не улетит, и Кадамасус это знал.
Вернувшись в столицу Каменной косы, маг залетел в особняк, приземлился на балконе и прикинул, что ему делать дальше. Завтра к вечеру энергии вокруг разлома должно накопиться достаточно для создания простого слуги. После полуночи мертвые вновь станут мертвыми, и находиться рядом с ними будет бессмысленно. Ателана вернется, и её придется чем-нибудь утешить. Скорее всего. Кадамасус не знал, чем именно, но он хорошо понимал, что обустройство города в его ситуации будет процессом долгим и сопряженным с длительным ожиданием. Маг не мог позволить себе спешку, потому что культ в астральном Билине мог поймать его на воровстве энергии. Если такое случится, из города придется бежать.
- Сейчас я могу только ждать, - пробормотал маг и сотворил рядом с собой костяного слугу. Воин напоминал скелета и держал в руке кривой костяной клинок. Это было простое существо без свойств и способностей, но оно было постоянным, то есть тем, что остается в мире до своего уничтожения. На создание костяного воина ушла часть сил, и эти силы теперь должны были медленно восстановиться.
«Как раз сутки туда, сутки сюда», - подумал колдун, уселся на грязный пол и прикрыл глаза. Созданный скелет стоял позади. Маг не отдавал слуге приказов, но от этого костяной истукан не казался растерянным. Он и вовсе не знал, что это такое.
Оглавление: