В своем исследовании «Пределы реформ» Даниэль Орловский подробно рассматривает различные аспекты институциональной и политической истории России, начиная с учреждения министерств в 1802 году и вплоть до окончания правления Александра II (1855–1881 гг.). Основное внимание автора сосредоточено на Министерстве внутренних дел (МВД), а также на роле министров внутренних дел, возглавлявших МВД в разные периоды.
Сергей Степанович Ланской (1855–1861)
Из всех александровских министров внутренних дел С. С. Ланской единственный представлял предыдущее поколение русского чиновничества. Он родился 23 декабря 1787 года в знатной дворянской семье, члены которой долгие годы служили при Дворе. Отец его был гофмаршал и член Государственного совета, а дядя, Василий Сергеевич Ланской, управлял Министерством внутренних дел в двадцатые годы. Подобно прочим отпрыскам знатных родов того времени, Сергей Степанович получил прекрасное домашнее образование и уже в 1800 году (в тринадцать лет!) поступил на гражданскую службу переводчиком в Коллегию иностранных дел. Карьера Ланского развивалась стремительно, несмотря на отсутствие у него лицейского или университетского образования: спустя несколько лет службы в Коллегии иностранных дел и Сенате он был назначен губернатором сперва в Кострому, а затем во Владимир. Не считая непродолжительной службы в Министерстве финансов с 1815 по 1817 год, вплоть до 1851 года, когда он некоторое время «исправлял должность»2 министра внутренних дел, Ланской никогда не занимал высоких министерских постов, связанных с внутриполитическими вопросами. Словом, по карьерной лестнице он поднимался весьма скорым шагом и уже к тридцати двум годам получил гражданский чин IV класса, став действительным статским советником.
Послужной список Ланского до его назначения министром внутренних дел в 1855 году являет портрет сердечно преданного государева слуги, исправно потрудившегося на протяжении более полувека на самых разных второстепенных должностях. Несмотря на многолетнее сенаторство и членство в Государственном совете с 1850 года, бюрократическая карьера Ланского развивалась вдали от министерств. Как это нередко бывало в среде русской бюрократии, Ланской сделался высокопоставленным сановником в обход многолетней министерской службы; на пике своей карьеры (в тридцатых — сороковых годах) он занимался преимущественно благотворительными учреждениями (тюрьмами, больницами, приютами и т. д.) и женским образованием. Конечно, и в качестве исполняющего обязанности главы МВД в 1851 году, и как член Комиссии по уменьшению деловой корреспонденции и оптимизации управления, Ланской был озабочен назревшими структурными и оперативными проблемами ведомства, однако опыта решения подобных административно-социальных задач до 1855 года у него было крайне мало.
Одним из первых же своих указов по восшествии на престол Александр II назначил Ланского министром внутренних дел. Никаких четких обоснований подобного выбора не сохранилось. Ланскому шел уже шестьдесят девятый год, и он давно состоял членом Государственного совета. Вполне вероятно, что Ланской был назначен как раз для подготовки правительства к крестьянской реформе, ведь в августе 1855 года Александр еще не обращался к московскому дворянству с просьбой предложить свои проекты освобождения крестьян. В первом же своем публичном выступлении в качестве министра Ланской объявил, что «Всемилостивейший государь наш повелел [ему] ненарушимо охранять права, венценосными его предками дарованные дворянству».
При этом, как только Александр утвердился в мысли о необходимости реформы «сверху», Ланской и в целом МВД тотчас сделались незаменимыми ее исполнителями. Поручить МВД главную правительственную роль в проведении освободительной реформы было вполне логично, поскольку именно в его юрисдикции находилось и дворянское сословие, и губернские правления, и полицейские ведомства, и целый ряд экономических отраслей. Ланской же употреблял мощь ведомства для насаждения реформы и противодействия ее оппонентам как внутри правительства, так и вне его. В силу неколебимой поддержки освобождения «сверху» и тактики его достижения, и Ланской, и все МВД заслужили репутацию гонителей дворян6. Также при Ланском МВД считалось прибежищем прогрессивных, а по мнению иных — радикальных государственных умов, энергия и профессионализм которых много послужили делу освобождения крестьян.
Итак, с 1855 по 1861 год МВД управляли полагавшие самодержавие превыше любых сословных интересов. Они выражали полную готовность выправить несправедливость русского общества и недостатки правительственных институтов, высвободив наконец продуктивные силы Империи. Казалось, министерство Ланского уподоблялось прусским реформаторам Наполеоновской эпохи, а люди, вроде Милютина, рассуждали и действовали в духе Гегелева «всеобщего сословия» гражданских служащих.
Современники и исследователи порой описывали Ланского как человека, душой и сердцем преданного службе и вверенным ему реформам; иные же утверждали, что ему недоставало живой энергии, воли и властности, чтобы достичь поставленных целей без помощи талантливых подчиненных. Так, Семенов-Тян-Шанский считал, что семидесятилетний Ланской «не обладал... многими из качеств, необходимых» для того, чтобы быть министром. Несмотря на то что он был человеком весьма «почтенным, заслуженным членом Государственного совета [и] глубоко сочувствовал [государю в] деле освобождения крестьян», даже сам Александр сознавал, что его министру «недоставало и творчества мысли, и ясности и определенности взглядов государственного человека, и твердости воли в исполнении принятых им решений; при таких условиях он не мог быть не только самостоятельным руководителем предпринимаемой Государем великой реформы, но даже и могущественным проводником начал или положений, выработанных более способными государственными деятелями вверенного ему министерства. Так же мало мог Ланской провести хорошо усвоенные им взгляды в высших государственных учреждениях и вообще в высших сферах, так как не обладал ни даром слова, ни ясностью мысли, вследствие чего и не пользовался достаточным авторитетом в среде своих коллег».
