Дурацкое фэнтэзи про детей греческих богов от режиссера первых «Гарри Поттеров»
Во время экскурсии в музей на Перси, аутсайдера, страдающего дислексией, набрасывается, обернувшаяся в гарпию, учительница по литературе. Отбившись от нее, Перси узнает, что он — сын Посейдона, его лучший друг — сатир, а учитель истории — кентавр. Кое-как разобравшись во всем происходящем, Перси отправляется в специальный лагерь для детей богов, где его учат обращаться с мечом, чтобы спасти мир от грядущего апокалипсиса. Забойщик другой киноэпопеи, Крис Коламбус должен был, как и первым фильмом поттерианы, охватить интересы самой массовой киноаудитории и в очередной раз справился с этой задачей. Не стесняясь и общепросветительского настроения книг серии «Перси Джексон и олимпийцы», и американского антисказочного пейзажа, Коламбус снял будто упрощенный вариант «Философского камня», его разжеванную и более динамичную версию.
Все бы, конечно, ничего, и к кентавру с торсом Пирса Броснана быстро привыкаешь — подвергать критике американский массовый стиль просто бесполезно, так что и книги про «Перси Джексона» не являются настолько же раздражающим фактором, как невинность и, главное, глубокая вторичность Коламбуса-режиссера. Видимо, не заметив тот момент, когда лица вокруг изменились, а на место наивных дебоширов-тинейджеров, в кино пришли подростки с самыми обычными комплексами и интересами, Коламбус так и продолжает вторить каждому новому поколению и потакать его интересам. Только с каждым фильмом выглядит это все хуже и хуже. Попытавшись скрыть невежество новых героев под нелепыми шутками о Мике Джагере и Нешвиле, Коламбус еще дальше отрывается от реальности в сторону каких-нибудь «Ералашей». В «Перси Джексоне» на самом деле заложена удивительная мораль. Вроде как два часа экранного времени Перси Джексон пытается доказать свой талант (ровно как и его спутница — дочь Афины), но при этом каждый раз проблему решает родитель-бог. Коламбус, видимо, единственный человек на свете, который искренне готов связать дислексию с умением читать по-древнегречески. «Перси Джексон» больше всего похож на какую-то праздничную телеподелку. Путешествующие безмозглые подростки попадают к звездам, переодетым в мифических персонажей, те им либо помогают, либо дерутся с ними — а в конце все хорошо. Такая манера пересказа греческих мифов сведетельствует, скорее, о недалекости слушателя, что, в общем, вывод не утешительный.