В Евангелии от Луки есть такой рассказ:
"Появился некий учитель Закона, который, желая испытать Иисуса, спросил Его: «Учитель, что я должен делать, чтобы получить вечную жизнь?»
«А что об этом говорится в Законе? — спросил его Иисус. — Что ты там читаешь?»
"Люби Господа, твоего Бога, всем сердцем, всей душой, всеми силами и всеми своими помыслами“. И „люби ближнего, как самого себя“, — ответил тот.
«Ты правильно ответил, — сказал Иисус. — Поступай так и будешь жить».
Но тот, желая оправдаться, спросил Иисуса: «А кто мне ближний?»
Иисус в ответ сказал: «Шел человек из Иерусалима в Иерихо́н и попал в руки разбойников. Они его ограбили, избили и ушли, бросив полумертвым. И случилось так, что шел той же дорогой священник, но, увидев его, перешел на другую сторону. Так же поступил и левит: дойдя до того места и увидев раненого, он перешел на другую сторону. А самаритя́нин, который проезжал там же, поравнялся с ним и, увидев, пожалел его. Он подошел к нему и, омыв вином и смазав оливковым маслом его раны, перевязал их, посадил его на собственного мула, привез в гостиницу и там за ним ухаживал. А на следующий день, уезжая, он дал хозяину гостиницы два денария и сказал: „Позаботься о нем, а если истратишь сверх того, на обратном пути я тебе отдам“.
Кто из троих, по-твоему, оказался ближним пострадавшему от разбойников?»
«Тот, кто проявил к нему милосердие», — ответил тот. «Иди и поступай так же», — сказал Иисус" (Лк 10:25-37)
Грустная история - два человека, служители культа, проходят мимо раненного. Это они такие плохие или их вера? Я думаю, ни то, ни другое.
Эта история - лишь притча. Притча, что звучит в контексте разговора о вечной жизни. И эти двое - лишь символ.
Собеседник Иисуса - учитель религиозного Закона (сейчас мы назвали бы его раввином). Мы видим: этот человек очень интересуется вечной жизнью, но есть проблема: он связан категориями Закона.
Хорошо это или плохо? Наверное, хорошо, ведь Божий Закон хорош. Закон показывает, куда надо идти, чтобы "снег не попал в голову". Но, любой закон, по своей сути, ограничивает свободу поступка. Поэтому, зачастую закон беспомощен перед конкретной нуждой или бедой конкретного человека.
Религиозный Закон не исключение. Мы видим это в притче: священник и левит, которые символизируют этот самый Закон, подходят, смотрят и... ничего не могут сделать. Они связаны внутренними противоречиями Закона, что говорит "помоги", но также требует "избегай скверны".
Поэтому тот, кто связан Законом, не может войти в жизнь вечную: он обречён искать лазейки между благим порывом и требованием, а подлинная жизнь проходит мимо.
А вот самарянин свободен. Свобода отвечает на любую нужду и самарянин не делит людей по сортам - для него нет более ближних и менее ближних. Его порыв к добру не встречает ограничений. Он не боится неверного решения - не боится промахнуться. Самарянин живёт здесь и сейчас. Живёт подлинной жизнью. Это и есть жизнь вечная, Божья жизнь, потому что Бог свободен и дарит нам свою любовь без условий.