Прошло уже несколько дней с начала украинского контрнаступления на северо-восточном фронте и становится ясно, что для России это вовсе «заманивание противника в огненный мешок», а локальное поражение. Разгрома в окружении не допустили, но вынужденно пожертвовали занятой еще в феврале территорией, отступив на левый берег реки Оскол на востоке региона и почти на госграницу России на севере. Попытки дальнейшего прорыва ВСУ в восточном направлении на территорию Луганской области по ситуации на данный момент удалось купировать. В Министерстве обороны России объяснили решение перегруппировать войска из Балаклеи и Изюма в Харьковской области «необходимостью усиления наступления на Донецком направлении».
Насколько хватит наступательного порыва ВСУ (невзирая на огромные потери от артиллерийско-ракетных обстрелов) и на каком рубеже украинские войска выдохнутся – это пока не ясно. Но очевидно, что в имиджевом и социально-психологическом плане позиции России в глазах относительно пророссийски настроенного населения Украины это отступление точно не укрепило. Кроме того, ВСУ существенно улучшило свои позиции для обстрелов населенных пунктов на юго-востоке Белгородской области.
Разумеется, возникают, по меньшей мере, два вопроса:
- в чем причины локального слома баланса сил на балаклейско-изюмском направлении?
- что теперь делать союзным войскам для возвращения себе стратегической инициативы?
Можно составить длинный список причин случившегося, но главных из них в общем виде все же будет четыре. Перечислю их, не расставляя приоритетов, поскольку они довольно разнородные:
- хронический для всей спецоперации дефицит квалифицированной пехоты (из-за которого оборону на балаклейско-изюмском театре военных действий держали не армейцы, а разношерстые подразделения Росгвардии, СОБРа, мобилизованные из ЛДНР, казаки и добровольцы: в общем, «полупартизаны»);
- отсутствие на предыдущем этапе системного подавления ключевых объектов транспортно-топливной инфраструктуры двойного (военно-гражданского) назначения на левобережье Украины, благодаря чему ВСУ смогли до сих пор сохранить важнейшие коммуникации снабжения;
- головокружение от успехов перемалывания сил ВСУ на херсонско-николаевском направлении, создавших впечатление, что основные наступательные резервы ВСУ бездарно растрачены на юге (англосаксонские генштабисты по харьковскому направлению наших генштабистов на этом этапе спецоперации переиграли);
- отсутствие (с самого начала спецоперации) внятного ответа на вопрос: «А что, собственно говоря, конструктивного предлагает Россия гражданам Украины, помимо малоинтересных им процессов демилитаризации и денацификации?» (собственного говоря, именно отсюда ноги растут у того ресурсно-целевого диссонанса, который наблюдается со второго месяца спецоперации, потому что принцип: «Насильно мил не будешь» никто не отменял).
ВСУ на днях показало, что списывать потенциал Украины к сопротивлению ссылками на объем безвозвратных потерь и относительную исчерпываемость поставок западного вооружения еще очень даже рано. Вашингтону, Лондону и Зеленскому наплевать, сколько погибнет украинцев по ходу реализации проекта «Украина как АнтиРоссия». Военный конфликт на Украине будет длиться столько, сколько США будет финансировать его продолжение.
Сейчас Путин поставлен перед необходимостью переформатировать спецоперацию, ориентируясь на цели, более достижимые с точки зрения ресурсно-технологической перспективы.
Проблему дефицита квалифицированной в наступлении и обороне пехоты (а затем и дефицита силового обеспечения занятых территорий) без объявления мобилизации в России за пару месяцев точно не решишь. Проблема тотального подавления транспортно-топливной инфраструктуры противника имеет быстрое технологическое решение в виде «Калибров» и «Цирконов», но придется заплатить немалую социально-психологическую цену в раскладе ориентации «симпатий» местного населения Киеву или Москве. Пропагондонский угар в постбалаклеевских реалиях сам спадет и уступит место более реалистичным оценкам. Но вот от ответа на вопрос о том, что же Россия может предложить конструктивного и привлекательного простым гражданам Украины, не принадлежащим к бизнес-политической элите, никак не отвертеться. Сколько бы военных резервов не было бы введено в бой и какими бы ни были территориальные результаты вынужденно начатой спецоперации…