В баре Северное сияние, что приютился в относительно современном по тем временам здании на Селезневке, собиралась непростая публика. Своей броской фирменной внешностью выделялась золотая молодежь. В близстоящих домах проживал цвет социализма: артисты, учёные, министры, хозяйственные и партийные бонзы, другие известные всем телевизорам тузы. Сенкевич, Миронов, Табаков – это те, кто мне запомнились при случайных встречах, например у их подъездов. Ну и конечно у многих таких знаменитостей имелись продвинутые детки-конфетки. Те не против были потанцевать на дискотеке, пропустить по коктейльчику, замутить про любовь. Частенько в баре происходили стычки. Шишку там держали завсегдатаи – студенты-кагэбэшники. С ними если кто и связывался, то только по незнанию. Из-за девушек в основном и происходили конфликты с залетными студентами. При возникновении недоразумений молодые гэбэшники приглашали соперника на свежий воздух, увлекали в глухую арку и там его аккуратно мутузили. Затем один из них выносил из гардероба вещи жертвы и того отправляли пешком в сторону метро Новослободская. А девушкам объясняли, что парень мол струсил и ретировался.
Я с друзьями был тоже завсегдатаем Северного сияния, в связи с тем, что бар располагался на территории нашего правоохрЕнительного отделения. У нас с кагэбэшниками была дружба, всё-таки родственные профессии. С одним таким представителем, с Жориком я периодически попадал в разные приключения, и вот к примеру такой случай…
Как-то Жорик заявляет, что собирается прошвырнуться с одной матрёшкой в Бала́шиху, но матрёшек оказалось две. Ты не хочешь составить компанию? Я как-то слабо представлял себе в какой стороне расположена эта самая Бала́шиха, но ведь после азербайджанского коньяку мне вся Москва была по колено, поэтому к 00 часам изъявил согласие.
Две матрешки приехали в Северное сияние подыскать видимо себе в женихи крутых москвичей из самого центра столицы, вот мы с Жориком им и подвернулись. А мы с ним чем не крутые москвичи? Вели себя там расслабленно, пили коньячок, угощали девушек коктейлями с иностранными названиями.
Тряслись мы до этой грёбаной Бала́шихи сначала на метро, затем в икарусе, приходим к женской общаге. Залезли на третий этаж по связанным простыням (этому я научился ещё на родине). Мама дороГХа́я! Оказывается в комнате у матрёшек полно других матрёшек, а с ними пьянствуют какие-то механики с их ткацкой фабрики. И к тому-же пьянка намечалась до утра, ведь была суббота. И понеслось!..
С рассветом все, кто ещё не вырубился, укладывались в свободные ячейки на полу. Я разместился с не помню какой из матрёшек под обеденным столом. Она меня предупредила, что если я стану к ней приставать, то будет кричать. Я кажется задремал и уже видел счастливый сон, как под ухом кто-то завизжал! Оказывается к матрёшке приставал Жорик и он ею видимо не был предупрежден. Как тот оказался под нашим столом – я удивился, ведь он укладывался возле шкафа, причем с другой матрёшкой. Кажется Жорик успевал ко всем матрёшкам.
© Сергей Шиповник