Через неделю пришло известие от Петра. Писал, что едет, значит через пару дней можно встречать. Иннокентий сбегал до деда Мити, чтобы к назначенному времени готовил "транспорт".
Начало
- Вот только незадача, пристройка - то готова, а мебели нет, да и помыть там всё надо. Пойду, займусь.
- Иди, иди, мил человек.
Иннокентий взялся за дело. Ну что ж, проваландался неделю, теперь нужно спешить.
Вскоре к дому Иннокентия прибыл отряд женщин с вёдрами и тряпками. Они решительно отстранили Иннокентия, засучили рукава и работа закипела. Мыли, чистили, скребли и вскоре домик засверкал чистыми окнами и намытыми полами. Мужчина только успевал оглядываться!
Через несколько часов Иннокентий услышал, как к его дому подъехал грузовик. Голос Сергея отдавал указания, что выгружать и куда ставить. Выйдя на крыльцо, увидел, что двое рабочих несут в сторону пристройки диван.
- Сергей, ты что опять придумал? Как я с тобой рассчитываться буду!
- Не переживай, мебель не новая, но добротная. Пособирали, что у кого есть, на первое время хватит, потом посмотрим.
Домик вскоре был полностью готов для гостей. Женщины даже украсили комнаты ковриками и вязаными салфетками. Увидев эту красоту, Иннокентий остался очень доволен.
- Спасибо, дорогие мои! Что бы я без вас делал! А теперь - прошу за стол, все работали, устали, можно и отдохнуть после трудов.
Хорошо посидели, даже приняли по рюмочке за приезд племянника Марьи. Кто помоложе вряд ли помнили его, давно Пётр в деревне не появлялся, а старики вспоминали его маленьким, его шалости и игры.
Разошлись поздно вечером. Вот и день прошёл, скоро гостя встречать. К поезду выехали заранее, лошадка шла тихим шагом, повозка покачивалась. На станции ждали, когда объявят прибытие. Иннокентий подошёл к вагону, всматриваясь в лица выходящих пассажиров, но Петра не было.
- Что такое, неужели не приехал?
- Приехал, приехал! Не узнал, неужели богатым буду?
Иннокентий оглянулся и у него защемило сердце. Он помнил Петра цветущим мужчиной, не лишённым былой красоты, крепким и моложавым. Сейчас же перед ним стоял исхудавший, постаревший человек, в котором узнать его друга могли только знающие его люди.
Он, казалось стал меньше ростом, смущённо улыбался, увидев реакцию Иннокентия на все изменения в его внешности.
- Что, не узнал! Видишь, как меня скрутило! Иногда на улице знакомые не узнают.
Мужчины обнялись.
- Ничего, отдохнёшь, сил наберёшься. Подлечим, всё будет хорошо.
- Ох, не знаю, Кеша, поможет ли мне что - нибудь.
- Ты не раскисай, друг, время у нас есть, поживёшь, поправим твоё здоровье. Ну, пошли, пошли, дед Митя нас ждёт.
Вышли из здания вокзала. Дед Митя дремал в повозке.
- Проспишь лошадку, отец!
Дед встрепенулся.
- А! Что? Задремал я. Петруша, ты ли это?
- Я, дед Митя! Не узнал?
- Эк тебя скрутило, высох совсем! Ну ничего, ничего. Кешка быстро тебя на ноги поставит. Будешь бегать, как молоденький.
Ехали до деревни тихим шагом, дед Митя всё выспрашивал, про жизнь, здоровья старался не касаться. Да и что спрашивать, вон оно, всё перед глазами, зачем человеку душу бередить. Увидев изменения, произошедшие в доме, Пётр удивился.
- Как ты здесь всё обустроил, загляденье! И пристройку сделал! Молодец!
- Пристройка недавно появилась. Смотри, Пётр Васильевич, где тебе удобнее. Можешь в доме расположиться, а хочешь - в пристройке живи. Там всё необходимое есть.
- Я лучше в пристройке! Сплю беспокойно, встаю часто, кашляю, буду тебе мешать. А тут мне спокойнее, одному.
- Ну, как скажешь! Давай, располагайся и приходи обедать, там и поговорим обо всём.
Через полчаса сидели за столом.
- Ну, рассказывай, что с тобой приключилось.
- История долгая, да и доказательств у меня нет. Перед пенсией моей взяли к нам на работу человека одного. Не молод, но и не старик. Лет сорок восемь ему было, Олег. Ты знаешь, сразу он мне не понравился. Вроде и вежливый, и услужливый, а вот не лежит душа. Всё кажется, говорит с тобой нормально, а как отвернёшься и чувствую, буравит спину злыми глазами. Повернёшься - улыбается.
Прицепился он тогда ко мне, как клещ. То на рыбалку зовёт, то на дачу к себе, всё в друзья набивается, прохода от него не стало. Мне с ним и отношения поддерживать не хочется, неприятен мне этот человек, а он всё рядом и рядом, то одно ему, то другое, хоть прячься. Я тогда уже на пенсию собирался, но хотел немного поработать.
Забегу вперёд, как потом оказалось, на моё место он метил, ждал, когда я уйду. А я работаю. Про него многие поговаривали, мало кто общаться хотел, мне и женщины наши говорили, что как с ним поработаешь, как будто всю силу из тебя забирает. Многие его сторонились. А я, ты же знаешь, не могу человеку без причины слова дурного сказать. Но тоже замечать стал, как с ним долго нахожусь, совсем из сил выбиваюсь, как выжатый лимон становлюсь. Худеть стал, и знаешь, берусь за какое - то дело, по работе, знакомое всё, а не понимаю, что делать, будто совсем ничего не знаю. Один проект провалил, другой.
Тут стало мне начальство намекать - а не пойти ли тебе, Пётр Васильевич, на пенсию, устал ты, похоже, отдыхать тебе пора. А этот хлыщ уже около начальства крутится, косяки мои исправляет, сам вижу, что мне до него далеко, совсем я ослаб и умом, и телом.
Утром встаю, а мне свет не мил, сил нет встать, какое там на работу идти, трудом умственным заниматься. Нет его, ума былого. И каждый день всё хуже и хуже! Одна из женщин наших посоветовала мне к бабушке сходить, неладное со мной происходит. И в больницу ходил, каких только врачей не обошёл - ничего не находят, организм для своего возраста на уровне, а мне всё хуже становится. Вспомнил я тогда о тебе, сын твой рассказывал мне, как ты людей лечишь, удивился ещё тогда, а потом уже понял, что ехать надо, помощи у тебя просить. Вот и приехал! Делай со мной, что хочешь, одна надежда на тебя!
- А сейчас ты этого человека не видишь?
- В том то и дело, что нет, а лучше не становится. Меня когда на пенсию провожали, один из сотрудников возьми, да скажи, мол, подлечитесь Пётр Васильевич, и возвращайтесь, без вас коллектив осиротеет. Олега тогда аж передёрнуло от его слов, испугался, что вернусь и он должности лишиться. С ним связываю состояние своё, не знаю, почему, но чувствую, что его рук дело. Только как? Не пойму ничего.
- Понятно мне многое, прав ты, его рук дело. Вечера дождёмся, покажу тебе кое - что! А сейчас, свожу тебя прогуляться. Есть у меня место заветное, силы прибавляет, тебе это сейчас очень нужно. Лес здесь недалеко, ели до неба стоят. Ты у супруги надолго отпросился?
- Ты же знаешь мою благоверную, она всегда за меня. Так и сказала - езжай, Петя, сколько понадобится, столько и побудь!
- Вот и хорошо, одним днём здесь не обойтись! Ну, собирайся, пошли, обещаю, понравится тебе, потом сам туда ходить будешь...