Случилась эта история в далёком 1994 г.
Страшное время тогда было. Люди голодали. Продукты в магазинах, конечно, были, а вот купить их было не на что. Помню, мы в магазин ходили, как в музей, посмотреть и понюхать. Денег в семье не было совсем, а занимать было стыдно, да и не у кого! Ведь все так жили. Хорошо было спекулянтам да барыгам. А ещё тем, у кого было свое подсобное хозяйство. Картошка, морковь, огурцы и помидоры со своего огорода были огромной ценностью. К большому сожалению, мы не относились ни к тем, ни к другим.
Наша семья состояла из четырёх человек и одного облезлого кота. Мне на тот момент уже исполнилось 16 лет, и я был раздолбаем. В школе учился из рук вон плохо, вечно влипал во всякие неприятности и, в принципе, свой кусок хлеба ничем не заслуживал. Мама и папа в то время были бюджетниками, им зарплату по 6-8 месяцев задерживали. А Младшей сестрёнке тогда было всего 4 годика, и ей повезло больше всего, её в детском саду кормили. Жил с нами ещё кот. От голода весь исхудал, да облез местами, видимо витаминов не хватало блохастому. Помню, как на морозе простоял 5 часов ему за рыбой, а толку. На мне эта самая рыба и закончилась. Остался тогда котик голодным.
Несмотря на отсутствие денег, раз в неделю нам с сестрой родители покупали яблоко. Одно на двоих, очищали от кожуры — это папе, семечек — это маме, и разрезали пополам и давали нам. Вкуснее этого яблока ничего на свете в тот момент не было.
В общем, долго я могу ещё рассказывать, как мы жили, а точнее сказать выживали в то тяжёлое время, но, совершенно не хочется утомлять Вас, дорогие читатели. Поэтому перейду сразу к делу, а именно к событиям, о которых я и хочу Вам рассказать.
Повторюсь, что был я раздолбаем, разгильдяем и вообще совершенно без башенным подростком. И как водится, связался с плохой компанией. Друзья мои были все из неблагополучных семей и промышляли тем, что зарабатывали на кусок хлеба обнося дачи. В те времена воровская романтика кружила головы многим подросткам, и я был не исключением, поэтому с радостью влился в «банду».
И первым моим делом и боевым крещением было обнести небольшую скромную дачку в два этажа одного рыночного мясного короля Ивана Филипповича Рычкова. Говорят, его продавщицы знатно обвешивали несчастных покупателей, на чем этот человек и сколотил состояние, поэтому жалости к нему я не испытывал.
Выбрав время, когда по заверениям моих товарищей на даче никого быть не должно, я и отправился на подвиги.
Не буду утомлять Вас описанием того, как я попал в дом и чем поживился, а перейду к самому интересному.
Хожу я значит по «хоромам», второй этаж исследую, как вдруг слышу, входная дверь отворилась. Вижу, свет зажегся. На цыпочках подошёл к лестнице, перегнулся через перила, смотрю сам Иван Филиппович пожаловал. Заметался я, что делать ума не приложу. Вижу, в спальне шкаф-купе стоит, ну я в него и забрался. Схоронился между вешалок. А щелочку то все-таки себе оставил, чтоб за обстановкой следить. Сижу, дышать боюсь. Сердце в груди стучит так, что кажется еще секунда и оно или выпрыгнет, или стук его хозяин дома услышит. Сижу, шелохнуться страшно. Да ещё слышу, как под весом Ивана Филипповича ступеньки лестницы скрипят, не как на второй этаж поднимается.
И точно. Заходит он в ту самую комнату, где я как раз прятался. Включает свет, за стол садится. Ставит на стол две рюмки, открывает бутылочку красненького и по рюмкам разливает. Опрокидывает одну, потом вторую и так по кругу. Наливает, опрокидывает, наливает, опрокидывает.
-Ну, думаю, — Сейчас как напьётся, да уснёт, я потихонечку из шкафа то и выберусь, да и деру. На утро он и не вспомнит, что с ним было и было ли вообще.
Но не тут-то было. Смотрю, он вторую бутылку откупоривает и все повторяется. Уж совсем опьянеть был должен, а нет, сидит и дальше выпивает, а потом будто его водой холодной окатили. Уставился в одну точку, пьяные слезы по щекам растирает и говорит
-Ну, здравствуй, сынок! Теперь только так и свидеться выходит! Что ж ты дурень то наделал?! Зачем в петлю залез? Стоила юбка твоей жизни? Мы б тебе таких миллион нашли!
И снова вино по рюмкам разливает.
-Садись, — говорит. - Выпей со мной.
И вроде как пьёт с кем-то. Щелочка то маленькая, плохо мне видно было. И дальше разговор продолжает. И кажется мне, вроде кто-то ему отвечает. Но кто может отвечать, если в доме кроме нас двоих никого не было?
Вдруг вижу, Иван Филиппович после очередной рюмки обмяк, да на стол повалился, руки сложил, голову на них положил, да захрапел. Я посидел ещё немного и решил, что пора мне отсюда выбираться. Потихоньку приоткрываю створку шкафа и вижу висит над столом что-то странное. Вроде как силуэт, но прозрачный совсем. Висит и от движения воздуха колышется. Глаза протёр, думал показалось, а нет, висит и не просто висит, а к моему убежищу приближается. Ну я тогда уж мешкать не стал, да как выскочу и бегом по лестнице вниз. На улицу вылетел и бежать. До конца улицы добежал, а там меня дружки встретили.
-Чейт ты Гринька, такой белый? Не как привидение увидел? – Спрашивает Колька.
А я стою, отдышаться не могу. Озноб меня бьёт, на лбу пот холодный выступил.
-Неееттт, — заикаясь говорю я. – Хозяин вернулся.
-Ну ты и молоток, Гринька, выбрался и не сцапали тебя. – Говорят мне ребята – Давай добычу.
Вывернул я карманы. Деньги, что я принёс мы поделили, мне мою долю отдали, да радостные по домам разошлись.
Пришёл я домой, разделся и спать завалился. Но толи от пережитого стресса, то ли от увиденного, адреналин в крови кипит и уснуть не даёт. Ворочался я, ворочался, и, кажется, задремал. И снится мне сон стою я в доме, который сегодня обнес. Темнота кругом хоть глаз выколи, а тишина, что громче всякого громкого звука на уши давит. Начинаю я в темноте выход искать. Иду на ощупь, на все натыкаюсь, падаю, снова встаю и снова иду, а выхода все нет. И тут слышу, звук шагов по паркету. Гулко разносится он в звенящей тишине, я ругаюсь, понимаю, что надо бежать, но ноги как будто к одному месту приросли. Хочу сделать шаг, но не могу. А шаги все ближе, топ, топ... . А я стою и с места сдвинуться не могу. Внутри меня все сжалось, кажется, я забыл, как дышать. Слезы из глаз потекли… Вдруг вижу, прямо передо мной туман стелется. Белый такой, липкий, и потихоньку начал этот туман в фигуру превращаться. Стою, пошевелиться не могу, слезы ручьём текут, и вижу, что уже не туман передо мной, а парень молодой стоит. Подошёл ко мне и говорит
-Ты зачем к нам в дом залез? Зачем взял то, что тебе не принадлежит? Не бери чужого!
Протягивает руку и за горло меня хватает. А руки у него ледяные. Костлявые пальцы в горло впились и душат меня. Понимаю, что жить мне осталось недолго, хочу прощения просить, да слова вымолвить не могу. И вот, когда уже последняя надежда на освобождение меня покинула, парень этот хватку ослабил и говорит
-Вернёшь, что взял, жить будешь! Нет, с собой заберу!
И исчез.
Проснулся я в холодном поту. Воздух ртом хватаю, прям как рыба, что на суше оказалась отдышаться не могу. Вся кровать от пота насквозь мокрая. И, не поверите, в 16 то лет штаны обмочил.
Не знаю как я утра дождался. Но с первыми лучами солнца бросился я к дому, где вчера боевое крещение принял. Стою, тереблю в руках брошку, что вчера от дружков своих спрятал и не знаю, что дальше делать.
Если к хозяину пойду и брошку лично в руки верну, то придется ему рассказывать кто я и откуда, тогда он органы вызовет и неприятностей не избежать. А если не расскажу и не отдам, то вдруг этот из сна действительно меня к себе заберёт. Постоял, постоял и решился. Позвонил в дверь. Прислушался. Никто не открывает. Снова позвонил. Слышу, шаги по лестнице, значит хозяин спускается. Я брошку на крыльцо положил и деру. Сам за угол спрятался, наблюдаю. Хозяин дверь открыл, увидел брошку, что я на крыльце оставил, поднял её и в дом вернулся. А я со спокойной душой к себе домой поплёлся.
С этого дня я с той компанией завязал. И на дело больше не ходил. И, может быть поэтому до сих пор жив и здоров. А дружков моих давно уже в живых нет. Кого убили, а кто и сам счёты с жизнью свёл. Вот оно как бывает. Кто лёгких денег хочет, никогда счастлив не будет. Хотите верьте, хотите нет.