В нашей культуре принято считать, что термин "неблагополучная семья" относится к небольшому кругу семей, где проявление насилия заключается в избиениях, словесных оскорблениях по типу "ты-самая настоящая сука и шалава, из тебя ничего путного не выйдет" и прочие нелицеприятные вещи. Но что, если мы копнем чуть глубже и я намекну, что этот термин применим и к семьям, которые поддерживают статус семьи, но на деле ею не является? Звучит сложно, попробуем разобраться.
Возьму в пример свою семью. Если не обращать внимания на родственников из других городов, то она состоит из четырех человек: мама,папа,сестра и я. Я не буду сейчас углубляться, кто кем работает или не работает, сколько зарабатывает, какую должность занимает и какую жизнь ведет (и какие политические взгляды поддерживает) - упомяну лишь, что, сколько я себя помню, наша семья всегда жила богаче остальных семей (с которыми мы общались). Мы дважды в год летали заграницу, у нас было несколько домов в разных городах (личных, а не там, где жили бабушка с дедушкой - условно), мне всегда выдавались деньги на карманные расходы (вплоть до окончания универа) не ниже определенной суммы. Мне всегда покупалось "все самое дорогое": игрушки, одежда, обувь, цифровая техника (планшеты, ноутбуки, телефоны).
Сказка, да и только - подумаете вы. Вот я тоже так думала, точнее, мне внушали это - что я всегда жила лучше остальных, и ни на что не могла жаловаться. А если я спрашивала что-то, например, почему я помню, как мама с папой ссорились и били друг друга, а я в пять лет наблюдала эту картину из двери спальни с размытым стеклом; почему я ни разу не видела, как родители целуются или обнимают друг друга, но продолжают жить вместе; почему, когда мне было шестнадцать, они переехали в свой загородный дом, разделив собственные спальни; почему мне нельзя злиться, почему нельзя ругаться матом - на все это, в зависимости от задаваемого мною вопроса, мне давали такие ответы: "Что ты мелишь? Никто ни с кем не ссорился, тебе все приснилось", "Это не твое дело", "Ты опять начинаешь истерить, всем портить настроение - ты всем мешаешь. Либо прекращай все это, либо уезжай, и не смей приходить с таким настроением!".
Любопытно, что последнюю фразу мне сказали совсем недавно, когда я рискнула возмутиться тем, что мною все пренебрегли, когда заставили приехать загород, а потом и вовсе стали отрицать, что никто меня не заставлял и вообще, мол, меня никто не ждал.
И когда вроде как я уже давно выбрала путь "самой добиться всего в жизни" - без всяких связей, поступления на коммерцию, жизни за счет другого, - все равно, невыразимое чувство вины поглощает меня, когда я прошу о помощи, когда она мне нужна. И я как будто оправдываюсь перед другими, чужими людьми, которые,зная о моих богатых родителях и видя нас на общих встречах, просто не верят в то, что "я росла какой-то несчастной и непонятой". Более того, они давят тем, что "у других вообще не было ничего - и не жалуются, в отличие от тебя".
И весь этот мой опыт, ситуация, атмосфера и постоянное сравнение с другими привели меня к мысли, что "неблагополучная семья" может быть еще и богатой. Такая семья поддерживает статус успешной, здоровой, счастливой семьи, но на деле, за закрытыми дверями, когда не надо каждую неделю встречать гостей и проливать несметные литры алкоголя и шумной музыки - на самом деле семья может быть не любящей, холодной, пустой, патриархальной, закрывающая глаза на реальные,возникающие по мере взросления проблемы и потребности своих детей. А деньги в такой семье превращаются в средство манипулирования и замены эмоциональной поддержки.
Есть такое определение, которое я недавно почерпнула из одной книги - дисфункциональная семья. Дисфункциональной называют семью, члены которой играют жесткие роли, причем общение между ними строго ограничено высказываниями, соответствующими этим ролям. Члены такой семьи не имеют права выражать полный диапазон переживаний, желаний, потребностей и чувств,а должны ограничиваться исполнением своих ролей, которые согласуются с ролями, исполняемыми другими членами семьи.
А когда наша семья отрицает нашу реальность, то, слепо веря ей, тоже начинаем ее отрицать.
