Есть такое утверждение, что гений опережает современников, отчего почти всегда остается непонятым и странным в свою эпоху, но высоко ценится потомками. Кажется, с писателями, которых мы считаем лучшими в русской литературе, так и происходило. Супер Издательство нашло высказывания критиков прошлых эпох о произведениях, ставших классическими, — и предлагает вам угадать, какая великая книга скрывается за нелестным высказыванием!
О каких пяти произведениях говорят критики?
1. «И в самом деле, можно ли требовать внимания публики к таким произведениям, какова, например, глава VII …? Мы сперва подумали, что это мистификация, просто шутка или пародия, и не прежде уверились, что эта глава VII есть произведение сочинителя „Руслана и Людмилы“, пока книгопродавцы нас не убедили в этом. Эта глава VII — два маленькие печатные листика — испещрена такими стихами и балагурством, что в сравнении с ними даже „Евгений Вельский“ кажется чем-то похожим на дело. Ни одной мысли в этой водянистой VII главе, ни одного чувствования, ни одной картины, достойной воззрения! Совершенное падение, chute complète!».
2. «Лица, группирующиеся вокруг …, тоже если не идиоты, то как будто тронувшиеся субъекты. Тринадцатилетние мальчики у г. Достоевского говорят не только как взрослые люди, но даже на манер публицистов, пишущих газетные статьи, а взрослые люди, женщины и мужчины, беседуют и поступают, как десятилетние ребята».
3. «Влияние напускных идей и труд под гнетом чужих мыслей так очевиден во всем романе г. Гончарова, что автору было бы гораздо расчетливее его не печатать. У всякого человека есть настолько самолюбия, чтобы не напрашиваться на фиаско. Но похвалы друзей, как видно, сбили г. Гончарова, и он забыл, что аттестат писателю выдаст прогрессивная публика, а не пять-шесть отсталых друзей».
4. «Мы не знаем ни в русской, ни в других литературах ничего, что выражало бы так хорошо то, что называется галиматьею. … г-на Гоголя — какой-то набор риторических фраз, натянутых сравнений, ложных выводов, детских наблюдений. И между тем автор думает, что он изображает философически и поэтически характеристику Италии и Франции, Рима и Парижа!».
5. «В одном из предыдущих фельетонов я имел уже случай говорить о том жалком убожестве мыслей, какое обнаруживают наши современные молодые писатели в попытках проводить в своих произведениях идеи. То же самое мы замечаем и в г. Чехове. Разница только в том, что г. Чехов ударился не в толстовщину и не в псевдонародничество, а, как увидим ниже, в нечто еще худшее. Но этого мало, что мысли, проводимые г. Чеховым в последних произведениях, поражают вас своим убожеством. <…> У г. Чехова ложные мысли, к сожалению, искажают самые изображения, нарушают художественную правду и, следовательно, делают ущерб г. Чехову не только как мыслителю, но и как художнику».
«Новая пьеса А. П. Чехова … — смутная пьеса. Неясные мысли, неясные чувства, неясная интрига. Неопределенное стремление к символу. Туман, заволакивающий сцену. Пестрота, в которой угадывается талант, или, лучше сказать, пестрота, в которой облекается дарование. Быть может, это новое искусство, к разумению которого нас подготовляют, но что-то указывает мне, что сам автор не совсем ясно наметил задачи своего художественного творчества».
Правильные ответы:
1. Фаддей Булгарин о «Евгении Онегине» Александра Пушкина.
2. Виктор Буренин об «Идиоте» Федора Достоевского.
3. Николай Шелгунов об «Обрыве» Ивана Гончарова.
4. Николай Полевой об отрывке «Рим» Николая Гоголя.
5. Александр Кугель и Ангел Богданович о «Трех сестрах» Антона Чехова.