Графиня Мария Петровна Валуева, «хорошенькая дурнушка» в свете при дворе Николая Павловича. Урожденная княжна Вяземская. Единственная из дочерей знаменитого поэта и камергера, приятеля Пушкина, дожившая до взрослых лет и до замужества....
Мария подарила семейству Вяземских троих внуков, мужу - двух прекрасных сыновей и дочь Елизавету.. Один из ее детей умер рано. Родилась княжна Мария Петровна в 1813 году , когда была свежа еще была память о пожаре Москвы в сердце ее отца, и память о гибели любимого человека на Бородинском поле в сердце ее матушки, урожденной княжны Веры Федоровны Гагариной.
От матушки унаследовала она, должно быть, горячее волнение крови, темперамент, и мягкую обворожительность светского разговора, Искусство устремлять на собеседника прелестные, голубые глаза, под чарующее, мягкое обаяние которых так легко было попасть каждому, кто знал ее.
Мария, получив хорошее домашнее образование, росла в обширном светском и семейном кругу. У нее было пять братьев и две сестры! Всегда находились товарищи по играм и забавам, развлечениям в саду и в загородном имении Остафьево.
Светлая, безмятежность ее детства была омрачена лишь постепенными, но весьма болезненными утратами всех сестер и братьев, кроме обожаемого Павлуши. Так беспощаден был Господь к семье Вяземских, оставив в живых из детей восьмерых, лишь Машу и Павла. Брат и сестра были очень преданы друг другу.
Марию всегда поражало умение родителей и в глубокие моменты горя, сохранять веру в себя и продолжать любить жизнь.. Дом Вяземских, салон князя Петра Андреевича и княгини Веры Федоровны, и в горестные для них дни и годы утрат продолжал быть одним из самых заметных в обеих столицах.
Вечера в гостиной Вяземских были особо ценимы такими людьми, как А. С. Пушкин, П. А. Плетнев, В. Ф. Одоевский, С. Соболевский. Машенька, в юности и позднее, немало видела интересных собеседников в гостиной дома родителей.
Ей нравились светский шум, суета, пикники. Она хорошо разбиралась в нарядах, владела искусством беседы, прекрасно исполняла при матушке обязанности домашнего секретаря, вела переписку с большим кругом знакомых.
Замуж Мария вышла по взаимной, большой любви. Ее супруг, будущий министр внутренних дел, граф Петр Александрович Валуев, в то время был скромным помощником рижского губернатора. Большой любитель карточной игры, умеющий вести себя умно и по-светски, он то и познакомил супругу с будущим ее возлюбленным, графом Александром Строгановым.
Роман графини Валуевой с наследником громадного состояния и соляных копей случился открытый, страстный и ошеломляюще трагичный, поскольку никто не мог себе его представить и подумать, что он приведет к ссылке Александра Сергеевича на Кавказ и последующей его женитьбе на княжне Татьяне Дмитриевне Васильчиковой. По выражению современников, «Невеста была квинтэссенцией всего наитончайшего». /граф С. Д. Шереметьев/
Еще один из мемуаристов писал о ней так: «У нее было много приятелей и поклонников… Я уже застал ее пожилою, но танцующею в виде исключения с присными… Статная и большого роста, она казалась выточенною из блестящей стали… Она оберегала всю жизнь свое достоинство, и жизнь свою повела по заученному… уроку. Она принадлежала к числу металлических женщин».
Мария же Валуева к числу «непоколебимых и стальных», увы, не принадлежала. С трудом перенеся весть о женитьбе возлюбленного, она металась в тоске, не ища ни смирения, ни утешения. В 1849 году графиня Мария заболела и скоропостижно скончалась, прометавшись в холерной горячке три дня. Ее едва успели причастить и исповедовать.
Современные исследователи серьезно и очень доказательно пишут, что она умерла от холеры или тифа, но в светских кругах еще долго и упорно ходили легенды, что графиня Машенька отравилась, не желая подчиниться приказу мужа и появиться на балу, где должна была блистать и молодая графиня Строганова.
Лев Толстой в первой редакции своего романа "Анна Каренина», которую он окончил за две недели, героине тоже "предписал" отравиться, как и молодой графине Валуевой, и многие из современников да и позже легко считывали в этом тексте историю страстного и ошеломительного светского романа.
Мы же с вами ее и вовсе не знаем….