Найти в Дзене
Михаил Смирнов

«Не пойду воевать за Советы, хоть стреляйте!» - сын кулака сбежал от призыва в армию, но потом сильно пожалел об этом

Старики говорили, что советская власть хотела истребить зажиточных крестьян как класс, но Семен до семи лет видел, что власть поддерживает даже крепкого мужика, когда тот помогает властям хлебом - зачем, мол, уничтожать того, кто тебя кормит, ведь беднякам от этого никакого проку, будь они в колхозе или нет. Односельчане не любили отца Семена, за глаза называли его кулаком, но Семен видел, каким тружеником был его отец, как он старался заниматься самообразованием, читал умные книги по растениеводству и животноводству - далеко не колхозный агроном и ветеринар! Но вот наступил 1928 год, и разговоры о декулакизации перешли в действия. Отец Семена до самого конца не верил, что его экспроприируют, а потом надеялся, что опричнина его не обидит - он сильно просчитался! В деревне нищие, бездомные и прочие бездельники уже давно захватили власть, а зажиточные крестьяне давно были для них бельмом на глазу, и они хотели получить чужое имущество даром! Поэтому они обращались с семьей Семена как

Старики говорили, что советская власть хотела истребить зажиточных крестьян как класс, но Семен до семи лет видел, что власть поддерживает даже крепкого мужика, когда тот помогает властям хлебом - зачем, мол, уничтожать того, кто тебя кормит, ведь беднякам от этого никакого проку, будь они в колхозе или нет.

Односельчане не любили отца Семена, за глаза называли его кулаком, но Семен видел, каким тружеником был его отец, как он старался заниматься самообразованием, читал умные книги по растениеводству и животноводству - далеко не колхозный агроном и ветеринар!

Но вот наступил 1928 год, и разговоры о декулакизации перешли в действия. Отец Семена до самого конца не верил, что его экспроприируют, а потом надеялся, что опричнина его не обидит - он сильно просчитался! В деревне нищие, бездомные и прочие бездельники уже давно захватили власть, а зажиточные крестьяне давно были для них бельмом на глазу, и они хотели получить чужое имущество даром!

Поэтому они обращались с семьей Семена как с первоклассными кулаками, раскулачили их, отобрали все, что они приобрели десятилетиями тяжелого труда, и разрешили им взять только одежду и вещи, которые они могли нести в руках..... К счастью, они разрешили это, даже у бедных и ленивых еще оставались остатки совести!

А теперь пятилетний Семен и его семья ехали в Сибирь, где кулаков должны были изгнать из их деревни. Маленький мальчик не понимает, что происходит, ему страшно, он видит всех этих знакомых людей, своих односельчан, которые раньше были любящими и вкрадчивыми по отношению к его отцу, а теперь стали злыми и странными, как дикие животные. Мальчик уже видел волка, попавшего в капкан - знакомые люди теперь смотрели на него таким злобным взглядом...

Жизнь в Сибири была тяжелой и голодной, кулацким семьям приходилось вырубать леса хотя бы для своих огородов, еще труднее было получить пахотную землю. Да и климат в Сибири был не очень благоприятным - можно было вырастить лишь в два раза меньше, чем у себя на родине.

За эти годы умерли отец, мать, брат и две сестры Семена. Семен остался один, как перст в возрасте 12 лет. Хорошо, что отец научил сына работать и не жалеть своих сил. Поэтому с восьми лет он рубил, пытался помочь родителям и поднимал на ноги своих младших братьев и сестер. Они не воспитывали младших, и не могли удержать своих родителей либо.....

В итоге у Семена осталась только жгучая ненависть к советской власти, власти, которая отняла у него семью.....

Незадолго до начала Великой Отечественной войны Семену только что исполнилось 18 лет. Мальчик ответил почтальону, вручившему ему повестку на армейскую почту, волчьим взглядом:

- 'Я не пойду в армию, это правительство разрушило мою жизнь, я убегу, пусть меня ищут!

- Ну же, мальчик, сколько тебе лет? Тебе только что исполнилось восемнадцать! Ты попадешь в тюрьму, а потом испортишь себе жизнь, тебя заклеймят навсегда! - Деревенский почтальон, пожалев сироту, попытался поговорить с мальчиком.

- Не читайте мне нотаций, в 18 лет мне было так больно, что вы даже не могли мечтать об этом!

Жители деревни сказали ему, что он собрал свои вещи и уехал за несколько дней до этого.

Но чекисты не даром едят свой хлеб - они работают профессионально, и 18-летнему за ними не угнаться! Через три дня Семена доставили в отделение милиции к начальнику.

- Ты собирался в тюрьму, маленький щенок? Надо было сразу расстрелять всю вашу кулацкую мразь! Но нет, Советы дали тебе шанс, а вы его не цените! - Шеф сразу же начал давить на Семена.

- 'Я не буду воевать за Советы, даже если вы меня расстреляете! - Когда начальник полиции посмотрел в его волчьи глаза, он вдруг понял, что даже он, старый солдат, не сможет сломить дух этого непривлекательного, но коренастого парня.