Как обычно, сижу на дежурстве на боевом посту, в Армии. С восьми вечера до восьми утра. Прошёл год и три месяца моей службы.
Восемьдесят девятый год. Конец августа. Заменил Аниськина на посту. В комнате накурено, пыль лежит на полу и приборах (как мне показалось). Провожу чисто помытым пальцем по приборной панели – чисто. Сгонял в туалет, взял бумагу, провёл ей там же – чисто!!! Придраться не к чему.
Да не может такого быть! Жарища. Окно открыто. В Иркутске в это время сильный ветер и песок несёт на всё что возможно.
Открываю заднюю дверь стоечного шкафа – вот он песок на всех контактах. Такое ощущение, что с тысяча девятьсот восемьдесят шестого года, когда нашу часть перевезли сюда из Прибалтики, здесь (в шкафу) никто не прибирался.
В Армии солдаты служат не для своего удовольствия, а для того, чтобы, «Ну, Жизнь Сладкой не казалась».
Попросил вежливо сослуживцев, призванных на полгода позже меня, помыть полы с мылом и прибрать весь этот «бардак», на который я указал уже сильно грязным пальцем (палец замарался после просмотра контактов, не тупи!), в здании. Они (сослуживцы) попросили об этом, ещё вежливее, младший состав.
Чтобы не заснуть, заполнил за майора журнал проведённых мероприятий за неделю. Расписался за всех. Нарисовал стенгазету (а это обязательно нужно делать каждую неделю). Поднял ноги, чтобы дать возможность людям шваброй помыть под моим стулом. Курю в кабинете. Печатаю на электронной печатной машинке письма своим девушкам.
Их было три. Одна «Официальная», и две очень красивеньких хорошеньких знакомых. В машинке памяти хватает на 16 последних страниц. Распечатываю три письма, вставив в заголовок шаблона разные имена девчонок. Выходит три текста по две страницы А4-го формата. Расписываюсь ручкой в конце каждого письма – «Целую!!! Люблю!!! С нетерпением жду встречи!!! Игорь.»
Пишу на армейских конвертах адреса. Раскладываю каждое письмо на конверт. Ещё раз проверяю, на те ли конверты я разложил письма.
…ука, по телефону вызывает начальник смены:
- Игорь, поднимись ко мне.
- Разрешите войти товарищ генерал, ой, извините, ошибся, майор.
- А, Гадлевский, не ждал. Чё пришел – «ДедЫ» обижают???
- Да, ёп…. Какие «ДедЫ»? Я же служу уже очень долго. Вы сами по телефону оторвали меня от боевого дежурства?!
- Извини, забыл, засыпаю. Знаешь Гадлевский, не быть тебе «дЕдом» и до «Дембеля» не дотянешь!!! Только успокойся. Не волнуйся! Держи стакан – выпей! Закуси хлебом.
- Товарищ майор, что случилось??? Я Вас не понимаю, не пугайте меня!!!
Включает чёрно-белый телевизор на громкую чтобы никто не слышал.
- Вот смотри! Да ты в телевизор смотри, не на меня. Ельцын с Язовым сегодня квасили и придумали вас ублю…, ай, студентов вернуть домой. Уже приказ вышел, вернёшься домой через пятнадцать, может быть двадцать дней. Ща буду писать на тебя характеристику (ик. Это будет отдельная история), только не подсматривай. Что ты там на «Гражданке» будешь делать без меня. Твоя Светка тебя ждёт?! Да перестань. Ой, давай ещё по стакану. А я знаю, она к тебе приезжала три раза. И мама твоя приезжала два раза. Вот за что они тебя так любят?!
И вдруг майор резко сменил тему:
- Как ты думаешь, стоит ли брать «Шилялис»? (цветной переносной телевизор, работающий на батарейках, который можно брать куда угодно и смотреть утреннюю аэробику). Я хочу за ним съездить в Латвию.
- А, Вы, машину-то купили?! На чём поедете?
- А!!! С машиной трабл. Там надо двенадцать тысячь. Где я их тебе возьму? Поеду на поезде. «Шилялис» стоит шестьсот пятьдесят семь рублей!!! Прикинь!
- Да пошёл ты… Ой, извините. Разрешите, товарищ майор, я пойду на свой пост?
- Да, Гадлевский, а все говорят, что ты умный. Ну, ничем мне не помог.
Возвращаюсь на пост. Вкладываю письма в конверты. Заклеиваю их языком. Всё! Счастливый. Отдаю утром почтальону.
Через неделю приходит три письма
Открываю первое – клочья разорванного письма и всё. Собрав части, вижу, что имя не соответствует адресу, куда я его посылал. Второе письмо: Игорь – ты кому это писал??? И моё письмо в конверте адресованное первой. Третье: «Игорь, а я буду ждать тебя всегда!!! (и это всё что было написано в ответном письме. Я думаю, что она даже за телеграмму меньше всех платит.)!!!». Значит, «Официальной» я отправил в правильном конверте.
Да, всё хорошо закончилось. Вернулся через две недели в Томск. Встретился со всеми девушками, ждавших меня из Армии. Извинился ещё раз. Пошатался с ними по городу по очереди полгода, и встретил ту, КОТОРАЯ БЫЛА МНЕ НУЖНА!!!
