До появления у нас Уши мы покупали Маняшке козье молоко – женщина привозила трехлитровую банку. И наша «лебедь белая» настолько пристрастилась к своей бутылочке, что любила откушать хотя бы одну в день месяцев до шести. Вообще, оглядываясь назад. Вижу – скольких ошибок мы не сумели избежать. Если бы жили как сейчас – в селе, где поблизости козоводы и можно посоветоваться – было бы проще. А так мы подходили к Маняше, как к любимой собачке, и не раз это могло кончиться плохо.
Вспоминаю случай, когда она у нас переела. Муж побежал к ветеринару, и тот сказал, что «коза – не свинья», зерна можно давать не больше пригоршни. А пока нужно дать Маньке водку с маслом, и ставить козу на задние ноги, чтобы вышел лишний воздух. Я попробовала «танцевать вальс», но Манька была уже слишком большая и тяжелая. И на другой[П1] день я лишь считала синяки, мои ноги. Муж продержался дольше, и вообще чуть не плакал. Он никогда не хотел козу, но к Маняше неожиданно привязался едва ли не больше меня.
Врач сказал, что, если станет хуже – коза не сможет держаться на ногах и тому подобное. И вот утром наша маленькая собачка подняла хай, расслышав какие-то странные звуки, доносящиеся с веранды. Выбегаем туда и видим, что Маняша хрипит, падает на колени, изо рта идет пена…
Сергей говорит:
— Все…
Я глажу Маняшу и понимаю причину случившегося – коза каким-то образом так запуталась, что веревка врезалась ей в шею.
— Скорее, она удушилась!
В несколько секунд веревка была распутана, и уже через полчаса Маняша стала прежней. Как до болезни. Только на диете ей пришлось несколько дней посидеть.
В другой раз я вызвала ветеринара, потому что не могла понять, что с Маней, но чувствовала – что-то не то. Вроде бы ест, но…Нет прежней резвости, что ли..
— Евгений Петрович, приезжайте пожалуйста, у козы глаза грустные.
Я прямо чувствовала, как на другом конце провода ветеринар возмущенно пожал плечами.
Но приехал. Оказалось – температура, и мы стали колоть антибиотики.
От козьего молока семья наша была в восторге. Уша давала его не так много – максимум 2,5 литра. Но нам этого хватало с избытком. Совершенно без запаха, какое-то особенное, нежное – молоко это придавало силы. Позже, после ковида, оно помогло нам восстановиться. Мы стали делать йогурты, сыр.
А со временем, конечно. встал вопрос о козле.