Несмотря на то, что Сталин считал казачество «оплотом деникинско-колчаковской контрреволюции», отношение к советской власти со стороны казаков было неоднозначным. Многие колебались. Значительную роль в принятии казаками большевистских идей сыграли агитаторы, которые раздавали фальшивые деньги.
Казаки за большевиков
Во время Гражданской войны белогвардейцы надеялись на то, что казаки их поддержат. Вот и Иосиф Сталин, слова которого приведены в книге Юрия Слезкина «Дом Правительства», в 1919 году писал: «Кто же другой мог быть оплотом деникинско-колчаковской контрреволюции, как не исконное орудие русского империализма, пользующееся привилегиями и организованное в военное сословие – казачество, издавна эксплуатирующее нерусские народы на окраинах?». Но Сталин и белые несколько ошиблись. Многие казаки были настроены за большевиков. Недаром одно из первых антибольшевистских выступлений, организованное атаманом Войска Донского Калединым, провалилось из-за отсутствия массовой поддержки.
Мало того, часть казачьих полков вообще перешли на сторону красных. Чуть ли не единственным верным генералу подразделением был отряд есаула Василия Чернецова, который почти полностью погиб. Деникин сетовал: «Со смертью Чернецова как будто ушла душа от всего дела обороны Дона. Все окончательно развалилось». Если верить автору издания «История Донбасса» Сергею Бунтовскому, генерал Михаил Алексеев отмечал, что казачьи полки находились в полном нравственном разложении. Он утверждал, что «идеи большевизма нашли приверженцев среди широкой массы казаков». По словам военачальника, казаки были убеждены в том, что «большевизм направлен только против богатых классов – буржуазии и интеллигенции».
Роль агитаторов
Сергей Бунтовский считает, что дух казачества подрывали большевистские пропагандисты. Так, Валерий Шамбаров в своей книге «Белогвардейщина. Параллельная история Гражданской войны» пишет о том, как под Рождество на Дону появились парламентеры, которые собирали вокруг себя настоящие митинги. Большевики выкрикивали лозунги, убеждая казаков бросить оружие: «Вас мало, а Россия велика. Против нас воевать – от вас мокрого места не останется» или «Атаман продался немцам за 4 миллиона». Красные добились своего. Как утверждает Шамбаров, казаки сразу 3 полков, 28-й Верхне-Донского, Казанского и Мигулинского, самовольно оставили фронт и ушли в свои станицы для того, чтобы отметить «праздник Христов».
В это же время, как указывает в издании «Сталин. Тайные страницы из жизни вождя народов» Ольга Грейгъ, в станицу нагрянули молодые люди, одетые в шикарные шубы и с золотыми перстнями на пальцах. Они рекламировали станичникам советскую власть, перечисляя ее преимущества. В доказательство своих слов агитаторы угощали казаков водкой, которая в буквальном смысле лилась рекой. Только на угощение, предназначенное для жителей Вешенской, было потрачено 15 тысяч рублей. Кроме того пропагандисты раздавали казакам пачки николаевских денег, демонстрируя щедрость и богатство большевиков. Впрочем, деньги эти были фальшивыми: Шамбаров пишет, что большевики захватили станки на Монетном дворе и печатали банкноты, которыми впоследствии снабжали своих агентов.
Брешь во фронте
В том числе благодаря такой агитации казаки на сходах признавали советскую власть. Вскоре оставлять свои позиции начали и полки в Хоперском округе. Тем более, что там действовал корпус Миронова, который для казаков был своим. Миронов и вправду пытался защитить права казаков, требуя, чтобы власть считалась с историческим, бытовым и религиозным укладом их жизни и отказалась от насильственного насаждения своих идей. Впрочем, он и не возражал против высылки зажиточных казаков за пределы Дона. Как бы то ни было, как свидетельствовал Михаил Шолохов, слова которого приведены в книге Петра Алешкина и Юрия Васильева «Крестьянская война за Советы против коммунистов (1918—1922 гг.)», казаки Хоперского округа ушли с Мироновым почти поголовно.
В конце концов во фронте образовалась гигантская брешь, через которую и начали вливаться советские дивизии. Как указано в издании «Трагедия казачества» (Прага, 1934 год), бывший Донской атаман рассказывал, что «Красная армия шла походным порядком, не разворачиваясь и даже не высылая мер охранения». Красноармейцы занимали станицу за станицей, где их, как утверждает Валерий Шамбаров, автор книги «Свердлов. Оккультные корни Октябрьской революции», нередко встречали хлебом-солью. По мнению Ольги Грейгъ, начавшееся массовое отступление казаков определило итоги Гражданской войны на Дону.