Облазив все пещерные храмы у южных ворот старой крепости, мы двинулись вглубь города вдоль восточных обрывов горы.
На восточном краю плато Эски-Кермена в скалистом мысе высечена анфилада пещер. В древности эти пещеры были казематами, имевшими амбразуры и бойницы. После утраты боевого значения пещеры в какой-то период жизни города были приспособлены под хлева. В них появились ясли и «кольца» для привязывания скота. Одним из самых больших был комплекс пещерных казематов, расположенный вблизи «восточной калитки». Особенностью этого комплекса является наличие двухъярусных пещерных казематов, связанных между собой внутренними лестницами, и нескольких больших вспомогательных (хозяйственных) пещер. Комплексу принадлежат остатки 19 зерновых ям и 3 цистерн для воды, имеющихся на скалистой площадке, расположенной над «восточной калиткой» (пребывание на площадке требует осторожности). [С.В.Харитонов «Древний город Эски-Кермен: Археология, история, гипотезы», 2004]
В разных местах края плато Эски-Кермена можно видеть остатки зерновых ям, вырубленных в скале, располагавшихся вблизи крепостных сооружений. Ямы грушевидной формы, имеют водоотводные канавки вокруг горла на поверхности скалы, тщательно вытесаны внутри. В древности горла ям накрывались круглыми каменными крышками с использованием глиняной замазки.,. Большинство зерновых ям уничтожено при постройке более поздних пещерных сооружений. Зерновыми ямами у крепостных сооружений перестали пользоваться, как только последние потеряли своё оборонительное значение.
От Восточного зернохранилища можно перейти в примыкающую к нему фактурную и необычную скалу башня «Копилка». В ней есть дозорные помещения, а по лесенкам можно подняться наверх скалы. Только делать это надо ОЧЕНЬ осторожно — за сотни лет милионы ног сделали камни довольно скользкими. Впрочем, большинство туристов это не пугает — в «окошках» и на скалах постоянно кто-то позирует.
А севернее зернохранилища есть ещё три боевых пещерных каземата, тоже весьма любопытных и фотогеничных. На их уровне в лесу были городские кварталы и базилика, но там, к сожалению, для фотографа ничего интересного нет.
Мы дошли до края плато, постояли в задумчивости, глядя на тропу вниз — «северную калитку». Тропа ныряла в колоритную расщелину, заросшую зелёными дебрями, и оттуда лезли новые порции туристов-экскурсантов. Мы немного побродили вдоль северных обрывов, в поисках каких-нибудь неизведанных троп, но пришлось признать, что мы за все наши визиты полностью излазили все щели на Экси-Кермене — и даже были на противоположной скале, представляющей собой северную оконечность возвышенности Тапшан, где расположены руины средневековой башни с воротами, носящей татарское название Кыз-Куле («Девичья Башня»).
Руины башни Кыз-Куле являются остатками крепости, существовавшей на скалистом мысе, расположенном к северу от башни. В древности по плато возвышенности Тапшан, в направлении с юга на север, к башне вела ездовая дорога. Перед башней на протяжении 43 м дорога вместе с боковыми ограждениями вырублена в скале. Непосредственно перед башней дорогу пересекал ров, вырубленный в скале. В древности надо рвом, между башней и северным концом ведущей к ней дороги, был деревянный мост (возможно, мост был съёмный).
Мыс, расположенный к северу от башни, представлял собой сильно укрепленное место. В плане мыс Кыз-Куле имеет форму наконечника стрелы, острие которого обращено на север. Плато мыса ограничивается со всех сторон обрывами скал. На некоторых участках края плато имеются вырубленные в скале «постели» для невысокой стены (парапета) и круглые ямки для столбов деревянного частокола.
Укрепление с находившейся в нем башней, часовней и, возможно, другими строениями погибло в огне сильного пожара на рубеже XIII-XIV вв. Н.И.Репниковым в его публикациях о раскопках в Эски-Кермене было высказано предположение о том, что остатки укрепления Кыз-Куле располагаются на месте так называемой «крепостцы», о сооружении которой вблизи разрушенного и опустевшего города в области «Климаты» в середине X в. сообщает средневековый письменный памятник «Записка готского топарха».
Трудно поверить, что в XIII веке здесь был полноценный средневековый город с населением в 2000 человек, плато было застроено прямоугольными кварталами, разделёнными между собой достаточно широкими улицами, по которым способна проехать повозка, на территории города находился правящий епископ округи, о чём говорят остатки кафедры в храме у центральных ворот. Но судьба города была печальна — в 1299 году он был разрушен войсками монголов под предводительством золотоордынского беклярбека Ногая, а спустя сто лет другая армия под предводительством темника Золотой Орды Эдигея окончательно уничтожила и разорила город. В окрестностях остаётся только небольшое поселение: Черкес-Кермен (с. Крепкое) расположенное между северной оконечностью Эски-Кермена и Кыз-Куле. Оно просуществовало с периода поздней античности и до начала 70-х гг. ХХ-го века.
Поразмыслив, мы решили вернуться прежней дорогой. Честно говоря, причиной тому было Ленино желание попытаться всё же освоить тот самый Ван-Гоговский сюжет. Да и альтернативная дорога по полям, пройденная прошлогодней зимой, оставила после себя не очень привлекательные воспоминания. Правда, тогда тут было ещё серее и к тому же грязно… Но устремлениям к живописи не суждено было осуществиться. Что-то изменилось в природе, когда мы, спустившись, дошли до облюбованной Леной точки. Пейзаж больше не казался ей привлекательным. И мы отправились той же дорогой назад в Залесное.
Впрочем, как говорит наш друг Саша: «Дорога назад — это совсем другая дорога». Во-первых, мы в конце где-то свернули и вышли не там, где вошли, а во-вторых, обратно эта дорожка оказалась заметно в горку! И мы ползли и ползли вверх, пыхтели, ожидая, когда наконец грунтовка перевалит через вершину холма. На обратном пути этот перевальчик показалась ой каким неблизким… Зато потом распахнулись просторы и перспективы, и одно удовольствие сделалось шагать среди лугов, окаймлённых лесом — а впереди синели горные планы, так что Лена опять потянулась было к краскам. И опять передумала.
Через некоторое время выяснилось, что на развилке мы свернули не на ту грунтовку, и дорожка, которой мы пришли, оказалась внизу. Мы шли теперь над строящимися особняками, которые прежде были выше нас по склону. Дорога наша была широкой, торной, и мы решили — разведаем! Куда-нибудь да выведет!
Идти по этой дорожке оказалось приятно. Она петляла под соснами, сквозь лапы которых снова светило солнышко, но уже не жаркое, вечернее. Терять высоту дорога явно не собиралась, вокруг был лес, и это было здорово — хотя мы до сих пор не были уверены в правильности выбранного пути. Потом дорога наконец нырнула под горку, углубилась в лесную тень, побежала по овражкам вверх-вниз… И тут случилось маленькое чудо! Андрей вдруг застыл на середине шага, замер, и Лена, шедшая сзади, сразу почувствовала, что он видит что-то необычное…
А Андрей видел ежа! Это была какая-то волшебная встреча, словно кусочек сказки. Ёж вышел навстречу по тропе. Именно навстречу — потому что тропа тут начинала крутой подъём, а потом снова ныряла вниз. И именно из-под этой горки появился ёж, и очутился прямо перед нами, почти на уровне глаз! Сквозь густую лесную тень пробилось солнце, и его янтарный луч вспыхнул в иголках ежа, заискрился в его шёрстке. Ёж сиял и смотрел на нас, и листья и трава вокруг него сияли тоже — в рамке тёмной зелени леса. Ёж немного постоял — и неспешно удалился в траву. До сих пор стоит перед глазами эта нереальная картинка с привкусом волшебства — залитый солнцем ёж на высокой тропе, в ореоле пробившегося сквозь листву солнечного света…
Совсем скоро мы вышли на поляну, и Лена вдруг узнала забор, окаймлявший её справа. Это было то место, на котором мы утром сбились с тропы и начали ломиться через бурелом. Что ж, теперь дорожка вывела нас удачнее! Оставалось только повторить утреннюю траекторию. Выбраться в посёлок — по грунтовке вниз, мимо дома, расписанного подсолнухами. Ну просто не было сомнений, что именно это и есть дом нашего постоянного хозяина в Ходжа-Сале Бориса Ивановича!
Обычной нашей дорогой мы вернулись в Красный Мак. Доехали до Северной, доплыли на катере до Графской пристани. И уже здесь Лена наконец-то решила, что нельзя просто так весь день таскать в рюкзаке краски. И, попрощавшись с Андреем до возвращения домой, уселась на ступени под каменными львами — писать закатный свет над бухтой. В янтарном солнце плавились громады кранов, синело море, на досках причала удили рыбу рыбаки. А рядышком рисовали парусник «Херсонес» девочки-школьницы, и одна из них надолго пристроилась к Лене — полюбопытствовать и поболтать. Когда вторая девочка решила тоже присоединиться к нашей маленькой тусовке — явилась наконец учительница и погнала юных художниц на рабочую плоскость. А Лена решила, что на сегодня довольно упражнений, и с чувством выполненного долга отправилась домой, где её уже ждал Андрей.
5 июня 2018 г.
#эски-кермен #пещерныегорода #пещерныегородакрыма #крым