Многие отрасли пострадали от падения спроса и экономической турбулентности. Давление, которое испытали предприятия, в какой-то степени похоже на вызовы пандемии, как и тогда, многие компании в моменте оказались в сложной ситуации с точки зрения исполнения кредитных обязательств. Чтобы критический период пройти, появились различные меры, в том числе – программы реструктуризации и кредитные каникулы, как со стороны государства, на федеральном и региональном уровнях, так и со стороны банков.
Павел Самиев, генеральный директор Аналитического агентства «БизнесДром», председатель комитета «ОПОРЫ РОССИИ» по финансовым рынкам
Для поддержки бизнеса сегодня действует целый комплекс мер поддержки. Это и специальное льготное кредитование, и программы реструктуризации кредитов («кредитные каникулы»), и отсрочки по уплате страховых взносов в 2022 году, и налоговые послабления.
По данным ЦБ РФ, банки с начала кризиса пошли на различные послабления по кредитам на 9,5 трлн руб. Большая часть этой суммы пришлась на крупный бизнес (8,4 трлн руб.), что составляет 19% от их совокупного портфеля. На малый бизнес было выделено 848,3 млрд руб., или 10% портфеля. На физлиц пришлось 267 млрд руб. реструктуризаций.
В отличие от розницы и сегмента МСП масштабы пересмотра условий по крупным корпоративным кредитам уже более чем на треть (37,7%) превзошли реструктуризации во время пандемии коронавируса.
Сегодня мы понимаем, что практически нет отраслей, которых бы не затронула экономическая турбулентность, это и туристический, и отельный, и арендный бизнес, и авиаперевозчики, и ритейл, и недвижимость, и технологии. Нарушение логистических цепочек, скачки валютного курса, транзакционные риски, увеличение бюджетов проектов вследствие роста себестоимости, снижение спроса – пожалуй, ключевые вызовы, с которыми столкнулся бизнес, и эти вызовы привели к необходимости реструктуризации выданных ранее ссуд.
Большой вклад в новые объемы реструктуризаций вносят, в первую очередь, заемщики из сфер с сильным колебанием цен, это предприятия отраслей добывающей промышленности и компании, занятые в операциях со строительством, недвижимым имуществом и экспортоориентированных отраслях. При этом, по нашим оценкам, масштаб реструктуризаций в этот кризис выше, чем в пандемию, так как ухудшение финансового состояния компаний более масштабное, по сути, давление испытывают все сферы и все индустрии.
Помимо реакции бизнеса на геополитический шторм последовала и реакция на действия регуляторов. К примеру, в период повышения ставки ЦБ РФ до рекордных 20% годовых произошел резкий пересмотр условий по кредитам, выданным по плавающим ставкам, которые обычно привязаны к ключевой. В итоге под большими риском оказались заемщики, на которых приходилось порядка 40% корпоративного портфеля банков, по данным Минэкономики. И таким заемщикам разрешили временно зафиксировать ставки по кредитам.
Активно действовали региональные институты развития. К примеру, по словам Антона Купринова, исполнительного директора Московского гарантийного фонда, в период острой фазы пандемии фонд помог реструктурировать четверть портфеля. И сейчас фонд идет навстречу банкам и клиентам в вопросе реструктуризации задолженности, делает это быстро по письму кредитора. То есть столичные МСП имеют и такой вариант поддержки.
Интерес корпоративных клиентов из сферы МСП к реструктуризации долгов банкиры объясняют популярностью государственных программ поддержки, к примеру, кредитным каникулам для бизнеса по 106-ФЗ. Или, к примеру, до 31 декабря российские банки могут не ухудшать оценки качества и не создавать дополнительные резервы по кредитам заемщикам, которые пострадали от санкций. Кроме того, банки пока могут не формировать резервы по кредитам, которые уже были реструктурированы – например, в пандемию. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина отмечала, что послабления по резервам могут быть продлены.
При этом, нельзя сказать, что бизнес имеет большие проблемы с обслуживанием своих долгов. Так, по оценкам АКРА, нет масштабных реструктуризаций, связанных с ухудшением кредитоспособности заемщиков, которые могли бы привести к созданию резервов, угрожающих устойчивости банков. По данным ЦБ, на 1 февраля 2022 года объем просроченных корпоративных ссуд составлял 2,95 трлн руб., на «плохие» долги приходилось 5,6% портфеля.
Практика показывает, что в кризисные периоды доля плохих долгов динамично растет, но уходит время на то, чтобы банки оценили объемы и масштабы проблем. Обычно порядка 30-40% реструктурированных ссуд идут на повторную реструктуризацию, половина из которых уходит в дефолт. По нашим оценкам, благодаря действиям регуляторов и институтов развития, получится помочь как минимум половине тех МСП, кто оказался в сложной ситуации, пройти этот кризисный период, и далее восстановиться.