Лошадь Пржевальского считается последней выжившей дикой лошадью.
Однако последние научные исследования показали, что люди ошибались. Дикие скакуны оказались не теми, за кого себя выдавали. Точнее — не теми, за кого мы их принимали.
Наверное, мы бы и дальше продолжали считать лошадей Пржевальского «последними из могикан», если бы ученые не стали ворошить прошлое.
Доказательства того, что дикие скакуны из евразийских степей на самом деле являются не дикими, а одичавшими лошадьми, были найдены в результате археологических раскопок на территории Казахстана.
Примерно 5,5 тысяч лет назад в Казахстане проживали представители так называемой ботайской культуры.
В местах их поселений археологи обнаружили огромное количество лошадиных «принадлежностей», а именно — костей и зубов.
Другие находки указывают на то, что ботайцы успешно приручили лошадей и использовали их для своих нужд. Были даже найдены остатки вольеров, в которых содержались эти лошади.
Ботайцы считаются первыми, кто добился успехов в домашнем коневодстве, а ботайские лошади — самыми «древними» прирученными лошадьми. Однако ученых больше интересовало другое: как тесно они связаны с современными породами лошадей.
Результаты ДНК-экспертизы оказались неожиданными: ботайские лошади генетически сильно отличаются от всех других домашних лошадей.
Но самым большим сюрпризом было то, что они оказались очень близки к диким лошадям Пржевальского. Настолько, что есть все основания считать их прямыми предками.
Вряд ли древние селекционеры сооружали загоны с высокими заборами, поэтому одомашненные лошади периодически сбегали на волю, где они снова становились дикими.
Со временем именно эти «дикари» и стали лошадьми Пржевальского, какими мы их знаем сегодня.
Правда, до того, как сие событие произошло, они выглядели несколько иначе.
По крайней мере, ученые считают, что многие из первых лошадок были не песчано-жёлтыми, а белыми и «в горошек» — то есть с черными пятнами.
Последнее исследование подводит нас к тому факту, что лошади Пржевальского, по всей видимости, безвозвратно утратили свой статус единственной дикой лошади.
До сих пор мы охраняли лошадь Пржевальского как «последнюю дикую лошадь на планете», теперь мы должны защитить ее как ближайшую и единственную на сегодняшний день родственницу древнейшей домашней лошади. Вот такая ирония судьбы.