Так что моя мама записала меня. Они сняли меня на полароид и я выиграла конкурс. Призом была встреча с Жан-Пьером, чтобы узнать, подхожу ли я для его агентства. Она кладет горсть орехов в рот и с удовольствием жует, открыв рот. Моя мама дала бы мне пощечину, если бы я так ела. Что ты думаешь о Жан-Пьере? - спрашивает Бритта, жуя. "Ну, он был хорош". На самоа деле я с ним не тусовалась - говорю я и стараюсь не обращать внимания на хлюпающий звук орехов и слюны. Я думаю, что он хорош. Моя мама сказала, что он похож на Алэна Делона. Сравниваю свое впечатление от коровьих глаз и неправильного прикуса Жан-Пьера с лихим французским актером. У них обоих темные волосы - уступаю я. Но разве Жан-Пьер не стар? Лет тридцати или около того.
Мне нравятся мужчины постарше - подмигивает Бритта. Моя мама думает, что это потому что мой отец умер, когда я была ребенком. Моя кока-кола обжигает мне горло. "Я так виновата!" Внезапно я больше не обижаюсь на ее громкое жевание. По крайней мере, у меня есть отец, хотя его присутствие в моей жизни также неосязаемо, как Святой Дух. - Все в порядке, - говорит она и гладит меня по руке. Я его совсем не помню. Она вытряхивает в рот последний кусочек и достает плеер. Это новая модель, ярко-желтая и водонепроницаемая. Если бы у меня были деньги, я определенно взяла бы поменьше и из металла. Бритта надевает наушники, заглушая меня. Я достаю из рюкзака: "Замок" Кафки. Единственный комментарий моего отца по поводу моих летних планов состоял в том, что он выразил опасения что мой IQ уменьшится до размера моего лифчика. Он вручил мне книгу в мягкой обложке, прежде чем я ушла, заставил меня поклясться, что я напишу двадцатистраничную книгу и передам ему отчет по моему возвращению. На обложке моей книги изображен зловещий силуэт замка на темно-красном фоне. Я открываю его, но после первого абзаца я отступаю. Мои надежды и тревоги так же высоки, как моя нынешняя высота. Я прислоняюсь головой к окну, которое согрето высоким солнцем и вибрирует, как мурлыкающая кошка. Я еду в Париж! Я, девушка с непроизносимым именем в одежде из сэконд-хенда и с улыбкой, обнажающей широко расставленные передние зубы. Когда Хэтти сообщила всем в нашей школе о моих планах на лето, это было воспринято с таким же недоверием, как если бы она только что объявила, что я тайный ребенок короля Карла Густава.
Я стояла у своего шкафчика, где кто-то нацарапал черным маркером несколько месяцев назад: "горячая цыпочка? - НЕТ. Горячая курица - ДА". Несмотря на мои энергичные попытки удалить надпись, она осталась в оранжевой краске. Ясное, хоть и несколько блеклое заявление о том, кем я была. Но теперь я была кем-то другим. Я была тем, кому можно было позавидовать. Я выпрямила спину впервые за девять лет и почувствовала непривычное тепло уверенности в себе. Так было до тех пор, пока Кристель не захлопнула свой шкафчик рядом со мной и, тряхнув волосами в мою сторону не воскликнула: "Ну если это может быть моделью, то даже у толстяка Хэтти есть шанс".
Хэтти, которой я обязана этой прогулкой в облаках. Конечно, на самом деле ее зовут не Хэтти и не Фэтти. Мать-египтянка назвала ее в честь королевы Хатшепсут, что навеки обрекает Хэтти на то, что люди будут "чихать" ее полным именем и кричать: "будьте здоровы"! Я должна признать, что она немного полновата, хотя у нее самые красивые черные миндалевидные глаза. Мы сдружились сразу же, в первый день в школе, поскольку мне выпала сомнительная честь носить другое труднопроизносимое имя и сомнительное прошлое.
Двигатели самолета вдруг переходят от ровного урчания к тяжелому рокоту. Мои уши лопаются. Я знаю, что это сигнал о приземлении и мой желудок скручивается узлом. Вспотевшей ладонью я трясу Бритту - просыпайся мы собираемся приземляться. Она открывает глаза и на мгновение я улавливаю в них намек на панику, отражающую мою собственную.
Она снимает наушники и перегибается через мои колени, чтобы посмотреть в окно. Мы плывем сквозь темные дождевые облака. Капли воды стекают по окну. Шум усиливается, и я зеваю, чтобы прочистить уши. "Ты боишься?" Я кричу Бритте, которая снова заняла свое место. - Господи, чего тут бояться?
Продолжение следует.....