Существуют две основные версии смерти самого скандального сына «отца народов». И обе они так или иначе связаны родством Василия Сталина.
Опальный генерал
Известный российский историк и журналист Леонид Млечин в книге «Железный Шурик» писал, что Василий Сталин после смерти своего отца отсидел во Владимирском централе и Лефортово более 6 лет – его осудили за антисоветскую деятельность, коррупцию и ряд других преступлений. Председатель КГБ СССР Александр Шелепин, ходатайствуя перед ЦК о досрочном освобождении Сталина, в частности сообщал: у осужденного серьезные проблемы со здоровьем – хронические заболевания сердца, желудка, сосудов ног...
В апреле 1961 года Василия Сталина освободили и разрешили жить в Казани. Как пишет Леонид Млечин, Василий в течение последних месяцев жизни (а прожил он после освобождения меньше года) пил почти ежедневно, часто с малознакомыми людьми. И всем рассказывал, что сидел «потому что много знает». Все эти дни рядом с ним была Мария Шевергина (Нусберг), бывшая медсестра московского института хирургии имени А. В. Вишневского, где Василий Сталин лечился сразу после освобождения. Именно с этой женщиной многие историки связывают смерть опального генерал-лейтенанта авиации.
Причиной был алкоголь?
По официальному диагнозу Василий Сталин скончался от острой сердечной недостаточности, спровоцированной алкогольной интоксикацией. Военный историк Андрей Сухомлинов утверждал, что паталогоанатомическое исследование трупа покойного проводилось по указанию председателя КГБ Владимира Семичастного, и вышеназванные выводы экспертизы зафиксированы в уголовном деле.
Аналогичного мнения по поводу причины ухода из жизни Василия Сталина придерживается и Леонид Млечин: перед своей смертью 19 марта 1962 года генерал-лейтенант пребывал в трехдневном запое, и его сердце подобной алкогольной интоксикации просто не выдержало.
Почему в официальную версию не поверили
Прямых доказательств насильственной смерти Василия Сталина не существует, в исторической публицистике и интервью приводятся только мнения и суждения на этот счет. К примеру, сын Василия Сталина Александр Бурдонский (он вместе с третьей женой покойного, Капитолиной Васильевой, осматривал тело Сталина в казанской квартире) вспоминал, что на трупе отца были швы и какие-то странные черные пятна на руках и лице. Вместе с тем, Бурдонский никогда публично не настаивал на версии о насильственном умерщвлении отца, поскольку не располагал соответствующими доказательствами.
Сослуживец Василия Сталина, Степан Микоян, говорил, что все знали, что Василий болеет, но опасной эту болезнь никто не считал – то есть, близкие и друзья не ожидали смерти одного из самых известных военных пенсионеров от перепоя.
Бурдонский в интервью вспоминал: тогда в казанской квартире рядом с телом Василия Сталина валялось много вскрытых ампул, которые сотрудники КГБ пытались быстро затоптать. О том, что это были за ампулы, ни Капитолине Васильевой, ни сыну покойного генерала не сказали. Есть предположение, что последняя жена Василия Сталина, медсестра Мария Нусберг колола мужу, хроническому алкоголику, фенобарбитал – снотворное седативное средство, категорически противопоказанное при алкоголизме. Это при очередном запое и могло спровоцировать сердечную недостаточность, приведшую к гибели.
Кандидат исторических наук Юрий Емельянов полагал, что Мария Нузберг вполне могла быть агентом КГБ, приставленным к сыну вождя, чтобы сообщать в органы о настроениях и разговорах опального генерал-лейтенанта авиации. Сестра Василия, Светлана Аллилуева, в мемуарах прямо называла Нусберг «платным агентом КГБ».
Капитолина Васильева в интервью заявляла, что «не уверена, что в этой истории все чисто», а на прямой вопрос журналиста о возможном «выполнении задания» [на устранение мужа] последней супругой Василия Сталина, ответила: «Утверждать не могу, но не исключаю этого».
Бурдонский же в телеинтервью «Звезде» прямо сказал: швы от вскрытия тела отца он видел, как и большое количество ампул от неизвестного препарата. Сын Сталина говорил, что Капитолина Васильева пыталась дознаться, что это было за лекарство, но ей не позволили сотрудники Комитета госбезопасности.
Третья жена покойного генерал-лейтенанта утверждала обратное. Она отрицала как сам факт вскрытия трупа покойного (для подтверждения своих догадок Васильева якобы «расстегнула китель, чтобы окончательно убедиться»), так и наличие каких-либо ампул рядом с телом – по словам Васильевой, она их везде искала, но не нашла.