За границей русский язык в подполье уходить не собирается

Участники программы в течение двух недель изучали трудные случаи русской грамматики и фонетики, а в свободное время посещали дворцы, музеи и театры.Насколько сейчас востребован в их странах русский язык, с какими трудностями приходится сталкиваться русскоязычным жителям этих стран, преподаватели рассказали Metro.

Ольга Пуссинен, кандидат филологических наук (Финляндия)

– С конца февраля этого года на крыльцо здания "Русского дома" в Хельсинки периодически подкладывают пакетики с какашками. Таким образом какие-то активисты выражают свою позицию по отношению к спецоперации и демонстрируют уровень своей культуры.

Даже если оставить без внимания отношения, которые сейчас сложились между Россией и всем другим миром, русский язык в Финляндии теряет популярность. Это происходит на протяжении последних 20 лет. В официальных источниках прочла, что во времена Советского Союза в обществе "СССР – Финляндия" состояло 120 тыс. финнов. К 2022 году в организации-преемнике "Россия – Финляндия" числится всего лишь 9 тыс.

В стране всё меньше остаётся школ, где русский изучают как иностранный. По личному опыту скажу: количество желающих говорить по-русски с каждым годом уменьшается. Я много лет подрабатывала репетиторством. Так вот, в начале 2010-х у меня было по семь учеников. Сейчас нет ни одного.

Но в стране есть немаленькая русскоязычная диаспора, и родители заинтересованы, чтобы их дети знали язык. В Финляндии существует закон: если ребёнок – не финн, он имеет право получать два часа в неделю бесплатных уроков по родному языку. Будь то русский, украинский или язык какого-нибудь африканского племени. При условии, если в группе будет не меньше трёх человек и найдётся преподаватель. Этого права у иноязычных в стране Суоми пока не отняли. Для русскоязычных детей также есть кружки на родном языке.

Есть ещё одна проблема: наши дети сталкиваются с пропагандой. У моей знакомой 8-летняя дочка учится в обычной финской школе. После начала спецоперации в учебном заведении ввели классные часы, во время которых детям показывают видео боевых действий на территории Украины. Моя знакомая пошла в дирекцию школы и попросила оградить её ребёнка от пропаганды, сказала, что её дочь имеет право на счастливое детство. В администрации обещали пойти ей навстречу.

На бытовом уровне русофобии в Финляндии я не замечала. Мы совершенно спокойно со знакомыми можем говорить на улицах по-русски, и никто замечания не делает.

Думаю, отчаиваться не стоит. В Финляндии русский язык уходить в подполье не собирается, хотя особого интереса у финнов на сегодняшний день не вызывает. Я сейчас сама собираюсь открыть курсы русского языка, посмотрим, что из этого получится.

Виктория Барбун, преподаватель Бельцского университета (Молдова)

– Я родилась и выросла в Молдове. Хотя сама считаю себя русской: мои предки – донские казаки, белорусы и молдаване.

Город Бельцы – второй по величине в Молдове и самый русскоязычный. У нас во многих школах русский преподают как родной язык, в некоторых – как иностранный. Все вывески и наименования – на румынском и русском. Нас вообще очень многое связывает с Россией: общая религия, родственные связи.

В Бельцском университете я преподаю на кафедре славистики. У нас два отделения – русского и украинского языков. В начале 2010-х на русскоязычный курс набирали по 20–25 человек. С каждым годом желающих всё меньше. Но с украинским языком ещё хуже: с трудом набираем группу 3–4 человека. Политика здесь ни при чём. Абитуриенты едут учиться в Румынию, Европу, Россию – у молодёжи много предложений и возможностей.

В городе Бельцы чаще звучит русская и молдавская речь. Сейчас иногда слышим украинскую. В основном это беженцы, которые оказываются у нас транзитом.

С русофобией в Молдове, по крайней мере, в Бельцах, я не сталкивалась. К спецоперации России на Украине все относятся по-разному: одни поддерживают Россию, другие – Украину. У многих и там, и там живут родственники. Большинство стараются держать нейтралитет.