Любое живое существо при независящих от него переменах условий обитания меняется само. Т.е. – эволюционирует. Человек решает проблему иначе – меняет среду обитания под себя.
Но, как известно, самой главной проблемой человека является сам человек и сложности, создаваемые им самому себе зачастую многократно более серьезные, чем те сюрпризы, что преподносит природа.
Наблюдаемый сегодня кризис хэдлайнера человечества - европейской (в самом широком смысле) цивилизации – классический пример созданной самим себе проблемы.
Как говорил златоуст Черномырдин – «Никогда такого не было, но вот опять…»
Положение, сходное с сегодняшним, Европа уже переживала. В середине XV века над ней навис цивилизационный противник, ни в чем ей не уступавший. Мир ислама был не по зубам в военном отношении, не отставал в культурном и научном и как говорится, давил массой. Настоящим шоком для европейского сознания стало падение Второго Рима – Константинополя (1453 год) и утверждение турок на Балканах.
И на Востоке, и на Западе господствовала жесткая религия, выполняющая функции идеологического обеспечения существующего порядка. Представление о человеке как о твари и рабе довлели над бытием по обе стороны «фронта».
Не в силах преодолеть внешние обстоятельства, европейцы оказались вынуждены меняться сами. К счастью, христианство каким-то буквально чудом оставило для этого лазейку – оно не отрицало формальной логики. В исламе же на века утвердилась буквально понятая концепция Аль-Газали (выраженная в частности в его работе «Самоопровержение философов»), как итог приводящая к отрицанию основы-основ научного взгляда на мир – причинно-следственной связи. Если ты вынужден полагать, что вата загорается не от поднесенного огня, а по воле Аллаха – забудь о всяких попытка рационально рассуждать.
Благодаря же «недосмотру» европейских жрецов, в оставленную лазейку протиснулось человеческое сознание, принужденное к этому давлением внешних обстоятельств.
Очень не сразу, но по меркам истории – почти мгновенно – произошла тотальная перестройка сознания европейцев. То, что на многие столетия определило лидирующую позицию Европы. Имя этому чуду – гуманизм и его культурно-политическое воплощение - Ренессанс (Возрождение). В мгновение из праха, отрясаемого с сандалий власть предержащих, раба по сути и по духу, существа по сути дела полуразумного, европеец стал конкистадором собственного жизненного пространства.
Гуманизм, это ведь не «милость к падшим», а система взглядов, утверждающих что Человек и ни что иное, сущее или вымышленное, является высшей ценностью и высшим судией всего сущего. Он, а не Бог – альфа и омега, начало и конец.
Витрувианский Сверхчеловек Возрождения – авантюрист и завоеватель, архитектор и врач, навигатор и мастеровой, химик и механик – он не только стал спасителем Европы – он стал для всего мира эталоном понятия «Человек». По сути дела всё, что мы видим вокруг себя, на чем ездим и летаем, чем лечимся и чему учимся, даже тот экран, с которого вы читаете этот текст – всем этим человечество обязано Человеку Европы.
Да, Бог не спешил сдаваться и уступать своё место. Мыслителей, осмелившихся подать свой голос за Человека, преследовали по всей Европе, сажали в тюрьмы, травили (не только словесно), били, жгли… Но, как говорится, необходимость на то и необходимость, что её никак не обойти.
Сегодня Европа под комбинированным ударом – не только мира Ислама, но и корродировавших останков социалистического проекта, в отличие от Ислама, имеющих в своём распоряжении абсолютный аргумент ядерного уничтожения.
Как результат - «Забронзовевшая» Старая Европа демонстрирует свою полную неадекватность обеим угрозам – и демографическому миграционному натиску, и откровенному военному шантажу.
Но именно непреодолимость обстоятельств заставляет Европу вновь меняться. И перемены идут с передовых рубежей противостояния. Восточная Европа, прежде безнадёжная периферия, становится новым спасителем человечества.
Прибалтика, Польша, Венгрия, Чехия, Словакия, Болгария и, конечно же, Украина, подают человечеству знак надежды. Их не мучают «комплексы вины» перед колониальным прошлым, им неведом страх перед восточной угрозой, они ищут и находят новый концепт Сверхчеловека завтрашнего дня.
Именно туда сегодня всё внимание, именно к ним сегодня все вопросы, именно Новая Европа определяет, что будет дальше, как следует меняться людям, обществу, государствам.