Творчество Бояна теснейшим образом связано с колдовством и носит сверхъестественный характер, что и обеспечило ему непревзойденный авторитет во времена «Слова о полку Игореве», автор которого начинает свою поэму обращением именно к нему. В качестве певца «первых времен» он оказывается как бы первым певцом, равняться на которого следует всем последующим сказителям.
Сакрально-мистический характер творчества гусляра-оборотня
оказывал самое непосредственное воздействие на весь язык его
Песен, отдельные примеры из которых приведены в «Слове».
Анализировавший их Е.Л. Мороз пришел к следующему выводу:
«По своему типу эти определения творчества Бояна представляют собой сложные эпические характеристики, подобные кеннингам скандинавской поэзии, скрытое значение которых объяснимо лишь при знании соответствующих преданий и мифологических представлений. Их чужеродность в тексте “Слова” свидетельствует о заимствовании из лексики более раннего времени, скорее всего из самих песен Бояна. Исключительная образность и изощренность этих фраз, свободная игра значениями зооморфного и незооморфного типа дают основания предположить, что древняя поэтическая традиция славян обладала очень сложной и развитой системой поэтических характеристик. Для автора “Слова” эти формы выражения казались уже чем-то экзотическим и малопонятным, “старыми словами”, что говорит о кризисе древней традиции». В целом исследователь оценивает самого Бояна как поэта шаманского типа,
а его игру на гуслях — как колдовство...
М. Л. Сериков
