До книжного рынка.
День складывался непросто. Нужно было много всего успеть сделать. В последнее время выходной стал редким явлением в моей жизни. На новой работе не хватало кадров. Все время кто- нибудь болел и нужна была замена. Многим было тяжело и они вскоре увольнялись, не желая больше работать. Нужно было выходить на смену вместо недавно уволившихся.
Сегодня выходной. Нужно сходить в прачечную сдать белье на стирку. Крайне желательно сдавать белье утром или хотя бы в обед. Тогда можно получить чистое уже вечером. После прачечной мне бы хотелось сходить на книжный рынок. Книги, которые я купил там прежде,я уже прочёл, поэтому им настоятельно требовалась замена. Я говорю слово замена, потому что книги, которые я уже прочёл, я не оставлял у себя,та относил обратно на рынок. Там я их продавал торговцам обратно, разумеется за гораздо меньшую цену, чем прежде купил. Рыночники надо мной смеялись, но товар принимали и отпускали новый. Брать что- то в библиотеке я не любил. Там всегда были какие- то сроки сдачи книг, которые необходимо соблюдать, и сердитые библиотекари, которые за этим следили. Я часто не мог сдать в срок, потому что много работал и получал выходной тогда, когда библиотека была закрыта. Потому я и шел на эту странную, такую невыгодную для меня в глазах окружающих сделку.
Собирание же домашней библиотеки меня не интересовало. Я слишком часто менял квартиру, чтобы позволить себе ее завести.
Собрав белье в мешок и книги в сетку я вышел на улицу. Дул прохладный ветерок , поскрипывали двери на старых немощных петлях,раскачивались акварельные черные деревья. Было серо.
Я шел той улицей, по которой я шел тогда,когда впервые описывал вам Анну. Воняло капустой. Шли старые псы.
Прачечная была неподалеку, в небольшом закоулке . Мне достаточно было повернуть за угол, пройти в арку и спуститься в полуподвал почти сразу после нее. Здесь и была прачечная. Но тут я издали заметил Анну. Она шла сегодня в таких необычных для нее светлых одеждах, но я все равно узнал ее. В руках она несла какой- то большой картон. Нужно было на что- то решаться. Я быстро нырнул в переулок , подбежал к двери , с трудом отрыл ее локтем, поздоровался запыхавшись.
- Все как обычно, - задыхаясь, хриплым голосов сказал я, положив деньги на стол.
Женщина- приемщица неторопясь сошла со своего места, и, всем своим видом и большим весом показывая свое пренебрежение в моей спешке, неторопясь протянула мне номерок. Она видела, что я спешу. Но специально делала все медленно, а я ел ее глазами.
Получив свой долгожданный номерок,я вынурнул на улицу. Сердце мое стучало. Анна ещё не скрылась из виду.
Она шла довольно неторопясь, как идут гуляющие. Много глядела по сторонам. Можно было догнать ее, но я все ещё был зол на приемщицу, а когда я зол, то могу наговорить каких- нибудь неприятностей даже совсем невиновному в них человеку. Я решил потихоньку идти за ней следом.
Шли довольно долго,до самой торговой площади. Снова пошел дождь. Сетка с книгами мучительно натирала мне плечо. Анна скрылась под своим черным зонтиком. Я- под своим. Так мы шли.
Она повернула во двор чуть за площадью. Арка, в этот двор ведущая, была усыпана разнообразными объявлениями: миграционное агенство, центр защиты населения, адвокат, зоомагазин " рыбка моя", картинная галерея " Райская куча". Холодок догадки легонько потряс мои плечи. Неужели туда?
Я пошел следом. Если она меня заметит,мне будет трудно выкрутиться, подобрать слова в ответ на роковой вопрос ЧТО Я ЗДЕСЬ ДЕЛАЮ?
Я вошёл во двор. Он был пуст. Никого уже не было. По левую стороны красовалась витрина "Райской кучи" и в каком- то совершенно слепом порыве я вошёл туда.
За прилавком стояла женщина, рядом с ней Анна, тоже за прилавком совершенно как своя. Дверь закрылась за мной совершенно бесшумно и, казалось, женщины совсем меня не заметили. Они были там, в папке. А в папке были ирисы. Совсем как в моем сне. Голова моя закружилась. Я щипнул себя за руки.
- Ирисы да, ирисы могу взять. Можешь ещё попробовать рисовать открытки. Зоя будет открывать салон цветов, там они могут иметь ход...
Она продолжала говорить, но я ее уже не слышал. Нужно было уходить, я не хотел быть замеченным.
Я вышел обратно во двор и медленно побрел к арке. Я не знал куда мне идти: на книжный рынок я ещё не опаздал, но если я хотел на него попасть, то должен был бежать со всех ног. Я не мог бежать. У меня подкашивались ноги. Я встал возле арки.
Минут через пять вышла и Анна.
- Это ведь ты был , там, в магазине, да?
- А ты пишешь картины и никому об этом не рассказываешь? - почти прошептал я
- А ты следишь за мной,да?
- Иногда, - почти дерзко и грубо ответил я
- Ты болен умом, ты мог бы спокойно со мной обшаться, но ты чего - то боишься.
Она прислонила руку к моему лбу.
- Да ты и впрямь болен, у тебя жар. Она провела рукой по моим волосам. Я был без шапки сегодня. - Тебе нельзя так ходить, слышишь?
Я нагнулся от резкой боли в животе и теперь был будто бы ниже ее ростом.
- Присядь , если нужно
Я послушно присел.
- Надо подумать, что нам делать с тобой дальше. Потом ты мне может быть объяснишь, зачем ты за мной ходишь.
Она расстегнула свое пальто и достала из - под него шарф,плотно прикрывавший ее шею. Берет же свой опустила на мою голову.
- Он, конечно, женский, но ты не стесняйся, ладно. Тебе нужно домой, понимаешь?
- Нужно, но потом.
По ней видно было, что она не знала, как со мной обойтись. Она не хотела быть навязчивой, но в то же время хотела провести в действие свою волю. Она не знала, какого рода мой жар...
- Хочешь, я вызову машину?
- Не хочу
Я отвечал совсем грубо. Сам не знаю зачем. Я точно хотел испытать ее: как она отреагирует, что с ней будет?
Она растерялась. Да, она не могла меня оставить...
- Пожалуйста,слышишь?
- Что пожалуйста?
Она наклонила голову к моей груди и слегка обняла меня одной рукой. Это было нечего невероятное и неожиданное. Я точно спал наяву. Она обняла меня и сделала это в таком для себя унижении...
Теперь и она тоже присела. Мы сидели должно быть минут пять или десять. Молча,обнявшись. Затем я спросил
- И брат у тебя тоже есть,да...
- Брат ... Да
- А звали как?
- А ты ещё не выпытал нигде?
- Нигде
- Не верю
- Отчего ж?
- Где сказали про брата, там должны были и сказать как зовут. Так ведь обычно?
- А если мне приснилось?
- А ты так веришь снам,чтобы теперь говорить со мной тоном притензий...
- Но ты ведь не сказала
- Не сказала, - медленно, тихо протянула Анна,как будто бы спела
- И все же, как зовут?
- Варон
Сердце застучали в моей груди ещё сильнее. Я уткнулся головой в пальто Анны,ичтобы не потерять сознание
- Правда что ли приснилось... ,- сказала она куда- то в воздух
- Ага,- ответил я ей.
Пойдешь ко мне в гости ?
- Пойду.
Примерно через час мы сидели у Анны , в комнате, которая лишь немного отличалась от виденной мною во сне. Мне хватило уже чудес на сегодня и я решил больше не удивляться.
- Ты все равно знаешь о Вароне... Не поносить ли тебе его одежду. Ты весь мокрый.
Она принесла одежду Варона
- Она был почти совсем как ты. Может лишь чуток выше ростом.
Она вышла из комнаты, дав мне возможность переодеться. Я слышал, как загудел кран,полилась вода,щёлкнула кнопка электрочайника. Затем послышалось кипение воды. Я послушно переодевался в ее брата Варона.
- Я готов,сказал я, приоткрыв дверь с зеркальцем.
- Садись пить чай,сказала она не дрогнув.
- Вот мед,вот варенье из малины. Чай сделаю травяной.
А какие травы?
Ромашка или шалфей. Или вот ещё сбор всяких разных. Какой ты больше хочешь?
- Шалфей
- Ладно,пусть будет
Я пил чай и мне действительно становилось легче. Было, правда, небольшое чувство стыда за ту грубость, там, на улице.
- Расскажи мне о брате
- Мы много времени проводили вместе, когда были детьми. А потом он ушел из дома. Он так решил. Ему так было нужно ,- сказала она и замолчала
- Ты не очень щедра на рассказ
- У них была ссора с отцом.
- Вы его искали потом?
- Нет. Не искали.
Она говорила довольно холодно и эта холодность от нее была мне непривычна.
- А почему они поссорились?
- Потому что Варон промотал много отцовских денег
- Тебе было бы интересно узнать, что с ним стало ?
- Может быть. Не знаю. Мне страшно. Может быть... Каждый человек имеет право уйти бесследно
Трудно было понять, что сейчас творилось в ее душе. Царило ли в ней равнодушие, или , может быть, она не хотела нарушить мыслями о брате свой маленький комфорт, который, возможно, создала с трудом. Или не хотела нового появления брата в семье, боялась, что он может внести в нее некий разлад. Или же она была обижена на брата и отказом от поисков хотела выразить свою на него обиду. Или же брат от них от всех отказался и она не хотела унижать себя приставание к нему. Все это не было понятно . Все это решительно невозможно было выпытать. Анна замыкалась.
А мне так хотелось проникнуть в их семью...
Далее весь текст а также другие книги удобно читать на
https://author.today/work/215444