Говорят, что, если девушку и ее сумку выкинуть на необитаемом острове, и девушка и сумка спокойно проживут там пару месяцев ни в чем не нуждаясь.
На самом деле, девушки тут не причем. Это сумки, наши сумки живут совершенно отдельно от нас. Сами. Возможно, что по ночам ходят на охоту за разными мелочами и потом как преданная собака охотника, приносят их своим хозяйкам. Только не кладут к ногам, а подбрасывают в маленькие карманчики, которые в любой сумке размножаются сами. Почкованием.
Вот, например, у моей сумки, которая совершенно точно была с одним внешним и одним внутренним карманом, вдруг обнаружилось множество карманчиков. Как? Они там, что счастливо сыграли свадьбу и теперь размножаются и под покровом шелковой подкладки?
А у моя собственная сумка завела себе друга сердца – мой кошелек.
Иногда, когда я ищу его в магазине, у касс или у стойки кафе, единственный способ заставить сумку отпустить возлюбленного, это как следует ее потрясти. Тогда из какого-то неприметного кармашка моя сумка достает свою совесть и возвращает мне кошелек. Иногда добавляет пару мятных леденцов, в качестве извинений.
А вчера моя сумка вдруг начала пахнуть кофе. Сама. Только что смеленным. Кофе я несла в сумке, пару дней назад. Мне тогда его только помололи и не очень плотно запаковали. Кофе я дома достала, а аромат сумка от меня успешно прятала. До сегодняшнего вечера. Стоило мне сесть в вагоне поезда на сидение и положить себе сумку на колени, чуть надавив на нее локтями, как она тут же издала победное «Уфф» в разные стороны теплым кофейным ароматом. Окружающие люди проснулись и взбодрились. Кофе, видимо, хотелось всем. Я покраснела под цвет своей сумки. Думаю, что в этот момент она мною гордилась. Мало кто может покраснеть с такой скоростью, минуя бойкую розовощекую румяность, сразу перейти в густой свекольный цвет. Сумка завиляла ручками и сделала «уфф», еще два раза. В вагоне сразу стало тепло, радостно, кофейно, и запахло булочками. Булочки тоже были в сумке. С корицей и имбирем, но примерно неделю назад.
Совсем смутившись, я попыталась шепотом воззвать к совести сумки, и даже полезла за книжкой, чтобы за ней спрятаться. Книжку сумка не отдала – наверное, сама еще не дочитала. Зато выдала два апельсина, которые, вырвавшись на свободу, тут же сбежали, покатившись по полу вагона. Окружающие мужчины не понимали, как можно устроить такой бардак в сумке и даже посылали ей укоряющие взгляды, пока я пыталась все-таки отобрать у нее книжку.
Окружающие девушки, поглаживали по разноцветным бокам свои послушные одомашненные сумки и еле удерживались от того, чтобы не показать на меня пальцем. Ну надо же, как она плохо воспитала свою сумку. Сами сумки, молча завидовали. Им тоже хотелось апельсинов, кофе и дочитать книжку.
Сумка отстреливалась от меня леденцами, шоколадками и ручками, которые я постоянно в ней теряю. Подозреваю, что сама она по ночам тоже что-то пишет иначе, как объяснить то, что уже два месяца я не могу найти свой любимый блокнот?
- Ну ладно. Дочитывая спокойно. Только конец мне не рассказывай, хорошо?
Сумка сразу успокоилась, перестала топорщиться во все стороны ручками и, обняв меня еще раз кофейным ароматом, с нотками горького шоколада и лимона отдала мне журнал с телепрограммой за прошлый год.
Спасибо тебе, родная, чтобы я без тебя делала?