Из леса выходили долго, почти целый час. И слава богу, что успели до наступления сумерек. Вовке было очень тревожно в тёмном, покрытом мхом, сыром таёжном закоулке большой мистической Родины.
Петровы приехали в деревню на севере Парабельского района всего на месяц, навестить бабушку. Мама Володьки была отсюда родом. Деревня вымирала, как и многие другие деревеньки без связи, без предприятий формирующих рабочие места. Современный человек стремиться уехать в центр, страдая там от высоких цен и несправедливости властей нежели гнить в экологически чистых болотах, живя один на один с нечистью...
Это бабка Клава, так говорила, что ни день забивая Вовке и его младшему брату Яшке, головы подобной дурью. Да, он не верил, большой уже - тринадцать лет исполнилось парню, но периодически всё же оглядывался, присматривался и прислушивался. Особенно «тёмным» ему показался лес, куда они пошли сегодня за грибами.
Меж деревьев пролегали чёрные тени, сосны тянулись так высоко к небу, что и вершин не видно. Солнечные лучи словно зачарованные феи сверкали золотой взвесью в воздухе просачиваясь сквозь густую зелень, тишина настолько неестественная, что слышится легкий перезвон в нитях сплетающих эти волшебные золотые занавеси, а любой хруст и шорох вызывает у Вовки мурашки и оторопь.
Младшего, Яшку, мать держит на коротком поводке, а на него, старшенького, уже давно забили. Отчим наверняка затеял поездку к бабушке, чтобы от него избавиться. Как, парень не подозревал, но чувствовал нутром - эта поездка добром не закончится.
Уже час, как Вовку потряхивало - морозило что ли. Словно холодный фронт наступал на пятки. Может быть ночь, а может большая чёрная тень, что с недавних пор неотступно следовала за ним. Это в городе может быть две тени, или даже три, вечером, если вблизи несколько фонарных столбов, а в лесу больше одной не может. Здесь или солнце или луна... Тень видимо об этом не догадывалась и незаметно косясь назад, Вовка видел их две: одна ложилась ровно - параллельно остальным теням, а вторая... И Вовка испытывал состояние, которое давно уже подзабыл - что он не один.
Даже сейчас взрослые были далеко впереди и ни разу не затормозили, чтобы его подождать. С тех пор как родился Яшка, около пяти лет назад, мальчишка всё острее чувствовал гнетущее чувство одиночества и ненужности. И вот теперь эта тень - уже час как он был не один. С ним был кто-то.
Выбравшись из леса семейство остановилось на привал. Дядя Лёша, Яшкин папка устал тащить ребенка на загривке. Вовка вышел из леса и упал на пенёк от усталости не чувствуя собственное тело. В тот момент, это и произошло... В Вовку словно кол воткнули. Он выпрямился и поднял руки.
...Словно паяц дергался Вовка, некоторое время, издавая престранные звуки, а потом его затрясло.
– Температуры будто бы нет. Переутомился. Отдохнем полчасика и тогда пойдем в деревню, – резюмировала мать накинув на парня куртку с отчимова плеча. И правда. Через полчаса Вовке полегчало, но вел он себя крайне подозрительно: строил рожи, кряхтел и тряс головой из стороны в строну. Мать это даже напугало, а отчим смеялся над ним до упаду. Видимо от усталости не иначе... К ночи у Вовки поднялась температура.
Уже собирались оставить Вовку у бабушки, как он и предугадывал, здесь в глухомани, вдалеке от дома, но к утру недовольный отчим понял, что парень в полном порядке и настроение у него испортилось.
Продолжение следует...