Рассказ об Архангельске всколыхнул воспоминания — яркие, теплые, разные. Вчера весь вечер смотрели с сыном фотографии. Вспоминали, как каждую ночь ходили на набережную в надежде увидеть, как поднимается самый северный мост. С этим мостом у нас связана и диабетическая история…
Кто в теме понимает, что выйти из дома налегке — это не про человека с диабетом. Диабетику всегда нужно иметь с собой «джентльменский набор» — шприц с инсулином, глюкометр и что-нибудь сладкое на случай низкого сахара.
Наша история произошла в июле 2017. В те годы за контроль диабета у сына отвечала по большей части я. В моей сумочке как раз и лежали все необходимые диабетические принадлежности.
Последний вечер нашего Архангельского визита. Собираемся с мужем прогуляться по набережной.
— Да что ты все время ходишь с этой сумкой? Оставь ее дома!
Поскольку Ваня с нами не пошел, я оставила свою сумочку дома. Нагулялись с мужем по набережной - неописуемая красота. Стемнело совсем чуть-чуть, город пустой. Вернулись.
— Мам, ну что, пойдем мост смотреть? Может хоть сегодня повезет?
— Давай попробуем.
И мы пошли теперь уже с сыном на прощальную прогулку по Архангельску. Наверное, к тому времени я уже устала, потому что моя сумка осталась дома. С собой был только мобильный телефон и ключи…
Мы с сыном прошли всю набережную. Посмотрели как буксир притащил под мостом баржу. По мосту прошёл поезд. Сначала один, потом другой.
Дошли до моста. Время 2 часа. Солнце светит. А нам, похоже, не светит ничего…
Решили идти обратно.
Медленно брели по набережной. И вдруг услышали странный скрежет. Не понимая в чем дело, машинально оглянулись. И не поверили своим глазам — средняя часть моста медленно ползла вверх.
Посмотрели на реку. По водной глади неспешно скользил катер береговой охраны. Совсем небольшой. Но его антенна… Из-за неё он и не вписывался под мост.
Мои размышления прервал голос сына:
— Мам, у меня сахар низкий. Мне плохо.
И тут я осознала, что у нас с собой ничего нет. От слова совсем. Нечем померить сахар, чтобы понять размеры бедствия. Нет спасательный глюкозы, чтобы не дать сахару опуститься ещё ниже. Ничего нет. И вокруг нас никого нет. Улицы пустые, магазины закрыты, хотя денег тоже ни копейки нет.
— Ну какая я дура! — пронеслось в голове. Висела на плече сумочка. Не мешала. Так нет. Свободы захотелось!
При этом я понимаю, что должна быть спокойной, нужно быстро решить проблему, показав сыну, что безвыходных ситуаций не бывает.
Вызвала такси, с трудом объяснив, где мы находимся. Доехали до дома. Ваню оставила сидеть в машине. Сбегала за деньгами и глюкозой.
Посидели на лавочке. От глюкозы Ване стало легче. Пошли собирать вещи. Время 4 утра, а в 7 у нас поезд…
Теперь, когда рассказываем про Архангельск, обязательно вспоминаем самый северный подъемный мост, и Ваня добавляет:
— Мам, а помнишь…
Я помню. С тех пор Ваня вырос, и контроль сахара — его зона ответственности. Он в этом плане молодец, ни разу не подвёл.