Читала я, помнится, лет в девять-десять "Трех мушкетеров" в первый раз. И так мне было жалко благородного Атоса (на книжный образ которого чýдно наложился грустный Смехов, чей Атос картинно отбрасывал челку в любой понятной и непонятной ситуации), с которым так поступила эта - ух, я бы ее! - миледи. И д'Артяньяна было жалко. И Констанцию. И Анну Австрийскую. И Бэкингема. И лилльского палача. Но Атоса жальче всех. А Ришелье не было жалко. И галантерейщика не было. А миледи вообще не было жалко ни разу. Хотя именно ее пожалеть бы, пожалуй, стоило. Ну или хотя бы замолвить за нее слово.
Что самое раннее из жизни миледи нам известно? Она была монахиней. В юном, очень юном возрасте. Насколько юном? Замуж за Атоса ей прямо-таки не подфартило выйти в пятнадцать-шестнадцать, до этого ее основатеьно помотало по Франции: монастырь, побег, тюрьма, скитания по провинциям и т.д. и т.п. Прикинем к носу: пока туда-сюда плюс тогдашние скорости - ну, года два вся эта свистопляска точно длилась. То есть в монастыре очень юной монахине было лет тринадцать-четырнадцать. Разумеется, в монастырь ее занесло по велению сердца и зову души. Все же в тринадцать лет хотят отказаться от мирской жизни. Нуачо? Не жил особо - и начинать не следует. В общем, полагаю, ее туда сдали. Любящие родственники, скорее всего.
Лилльский палач утверждает, что в монастыре миледи совратила его брата. Разумеется, она, тринадцатилетняя соплячка, у которой не факт, что даже регулы пришли. А кто? Не он же ее! Лолита же тоже сама совратила Гумберта. Да и вообще! Когда такое было, чтобы католические священники растлевали девочек (и мальчиков тоже)? Вот и я вообще не помню скандала в США, который наглядно доказал, что это девочки (и мальчики тоже) в извращенной форме растлевают католических священников. Сарказм.
После "совращенный" священник и юная "совратительница" планируют сделать ноги из монастыря. Для побега им нужны деньги, ибо туризм дело недешевое, поэтому священник крадет церковные сосуды. Делает он это, по утверждению ни разу не заинтересованного в деле лилльского палача, конечно, не по собственной воле. Средневековая Лолита заставила. И тр@хаться заставила, и воровать, и бежать. То, что от раскрытия их связи больше всего пострадал бы священник, во внимание не принимается. И место мог бы потерять, явно не пыльное, и сана лишиться. А чего бы лишилась нищая монахиня? Эммм... ничего? У нее и так ничего нет. В общем и целом, побег нужен именно Гумберту в рясе.
Их ловят на взлете и бросают в зиндан. Пока суть да дело, Лолита соблазняет сына тюремщика и отчаливает в закат. Как именно соблазняет - как Фельтона, чисто платонически, или сынок тюремщика таки урвал сладенького, - история умалчивает. Девчонку не осуждаю, смогла выбраться - умница. В конце концов, как говорила Манька Облигация: "А мне тоже нет резона за чужие дела здеся париться!"
В общем, Гумберт в рясе, заклейменный собственным братом, кукует на нарах, Лолита бегает по Франции, брат Гумберта носится за Лолитой. В итоге находит и... не убивает (а мог бы), не тащит в тюрягу (хотя она якобы в розыске, или все-таки нет?), а всего лишь клеймит. Потом весьма довольный собою возвращается в порт постоянной приписки город-герой Лилль. И тут его жизнь начинает бить ключом. Разводным. По голове. Гумберт в рясе, оказывается, умудрился сбежать. Видимо, у тюремщика оказалась еще и дочка (или все тот же сын, ибо какая в ...опу разница). Брата Гумберта берут под белы рученьки и запихивают на нары на освободившееся место. Ну а почему бы и нет? Фамилии совпадают, количество голов заключенных не изменилось - все довольны. Ну или почти все.
В конце концов сам Дюма-старший писал, что времена тогда были другие, когда ему нужно было оправдать очередную подлость персонажей.
Сам Гумберт тем временем разыскал свою Лоли и они продолжили тур по Франции, который закончился во владениях графа де ля Фер. Там они обустраиваются, выдавая себя за сиблингов. Этакий косплей Стэплтонов из "Собаки Баскервиллей". Или это Стэплтоны косплеили "сиблингов" де Бейль? Впрочем, не суть.
Сам граф влюбился в юную красотку так, что женился, а не соблазнил и не изнасиловал. Хотя мог бы. Сам об этом говорил д'Артаньяну.
"...мог бы легко соблазнить ее или взять силой — он был полным хозяином, да и кто стал бы вступаться за чужих, никому не известных людей!"
И, возможно, когда-то в прошлом он так и поступал, иначе с чего такие мысли, полные сожаления. Но не в этот раз. Накрыло товарища.
Венчал их беглый Гумберт в рясе. Каким образом он вообще умудрился получить приход в графстве - для меня лично загадка. Блат? Жених сестлы помог блату получить уютный плиход. В общем, ах эта свадьба-свадьба-свадьба отпела и отплясала, а дальше все как в песне: "супруги мчат в руке рука", "но что с женой, помилуй бог", "и платье с плеч ползет само", "в плечо впечатано клеймо".
И тут оказывается, что благородный и храбрый Атос - неженка, трус и нытик. Ибо красиво откидывать челку во время махания шпагой на дуэли против превосходящих сил противника может любой альтернативно одаренный адреналинщик, а держать удар - это уже сложнее. Про "в горе и в радости и в болезни и в здравии" вообще молчу. Поэтому он повесил находящуюся без сознания женщину на дереве. И свалил. Занавес? А вот нет. Девчонка и выжила, и замуж второй раз сходила, и за шесть лет доросла до разведчицы кардинала, этакой радистки Кэт, в стане условного противника.
Но об этом подробнее во второй части...