36 глава книги Тома Бауэра — «Мозаика» — целиком посвящена созданию «личного бренда Меган в Америке»; автор отдельно обращает внимание читателей на то, что, «несмотря на недемократический подтекст» такого подхода, пиар-агенты продвигали в массы имидж герцогини с благородной социальной миссией: «Чтобы создать целостный образ уникальной женщины, ее сотрудникам, ответственным за связь с общественностью, было поручено собрать воедино кусочки мозаики: сострадание, жертвенность, фальшивые новости, расизм, феминизм и материнство. Каждый кусочек мозаики иллюстрировал страдания Меган».
[В сентябре 2020 г.] Меган выступила на «Саммите самых влиятельных женщин» — интернет-конференции, организованной журналом Fortune («билеты были виртуальными, но цена одного составляла 2426 долларов»). Она говорила о себе, что «в 2019 году ее троллили больше всех в мире» и что «жестокое обращение с нею «изолировало» ее и сделало «отчужденной», — и винила соцсети в «ядовитой реакции». Выступая под лозунгом «Остановите ненависть ради выгоды», она призывала крупнейшие мировые компании приостановить рекламу в соцсетях, пока деятельность «хейтеров» не будет искоренена: «Ее критика была несколько подорвана отрицанием того, что она читала какие-либо соцсети: «Ради собственного самосохранения я очень давно не заглядывала в социальные сети... Это мой личный выбор — не иметь в них аккаунтов».
[В октябре 2020 г.] Гарри опубликовал на сайте Sussexroyal сообщение, посвященное Дню психического здоровья, в котором призвал всех признаваться в своих слабостях: «Демонстрация своей уязвимости в современном мире — это сила». Меган разместила на сайте отдельное сообщение от своего имени, чтобы поддержать и подбодрить своих сторонников во время локдауна. В видеосообщении, записанном в честь Международого дня девочек, она добавила, что локдаун «позволил Сассексам насладиться «по-настоящему приятным временем в кругу семьи».
Шесть недель спустя [25 ноября 2020 г.] Меган сообщила в эссе, написанном для New York Times, что в июле она потеряла ребенка.
«Чтобы добавить остроты своему откровению, она обвинила в этом «внешнее давление», подразумевая судебный иск против Mail on Sunday. На самом деле в июле — накануне публикации книги «Обретение свободы» — она ожидала полной победы в судебном процессе...
Все эти «кусочки головоломки» поддерживали ключевой компонент бренда Меган: ее политическую поддержку демократов. Накануне непростых президентских выборов Сассексы поддержали Джо Байдена, выступив против Дональда Трампа. [...] Сандрингемское соглашение о том, что пара «продолжит поддерживать ценности Ее Величества», было забыто: поддержка любой политической партии была неприемлема для королевской семьи. Судя по всему, пренебрежительное отношение Гарри к Иванке Трамп во время ее визита в Букингемский дворец вместе с отцом в декабре явно было вдохновлено Меган. Меган не появилась на государственном обеде в Букингемском дворце, когда там присутствовал Трамп, и ее пристрастность не удивила президента. «Я не ее поклонник, — сказал он. — Я желаю Гарри удачи, потому что она ему понадобится». Вопрос был в том, станет ли Гарри соблюдать другие условия сандрингемского соглашения — или примет позицию Меган?
На ответ повлияли деньги».
Теперь Гарри и Меган были «отрезаны от лондонского кошелька», и финансовый вопрос был для них критически важен. Сделка с подкастом Spotify, заключенная ими, могла стоить, по оценкам экспертов, до 30 миллионов долларов; ходили слухи, что «долгосрочный контракт с Netflix стоил 100 миллионов». Герцоги Сассекские обещали «снимать документальные фильмы, чтобы делиться впечатляющим контентом». Сюрпризом стала готовность Гарри сотрудничать с продюсером сенсационного телесериала «Корона», «который беззастенчиво искажал правду о королевской семье»; многие задавались вопросом, «осознает ли Гарри конфликт интересов».
«Букингемский дворец столкнулся с еще одной беспрецедентной проблемой. Приближался 36 день рождения Гарри. Обычно дворец отмечал это событие, публикуя фотографии принца в кругу семьи. Этот вариант больше не подходил. Чтобы подчеркнуть это, в официальных публикациях были использованы фотографии Гарри трехлетней давности. Это исключало возможность показать Меган...
Недвусмысленное послание было подтверждено вскоре после этого. Гарри попросил возложить венок от его имени к кенотафу во время торжественной церемонии в День памяти. Просьба была отклонена. Он был в ярости, но знал, что королева лично одобрила это решение дворцовых чиновников. Любой намек из Лондона на то, что Сассексы исключены из семьи, ставил под угрозу их рейтинг в Америке. Их доходы зависели от их статуса членов королевской семьи. Осознав опасность, Меган и ее консультанты нанесли ответный удар. С фотографом на буксире Меган привела Гарри в День памяти на национальное кладбище Лос-Анджелеса, где находится 90000 военных захоронений. Сопровождаемые помощником с цветами, они направились к могилам двух солдат Содружества. После того как фотографии были распространены по всему миру, Гарри отрицал, что он организовал этот рекламный трюк».
В это время с непредвиденной проблемой столкнулась и Меган. Активисты движения Black Lives Matter склонялись ко все более радикальным запросам — вплоть до того, что звучали требования «запретить книги, относящиеся к классической литературе, потому что они якобы были расистскими». Меган хорошо помнила, какую волну критики вызвали их с Гарри необдуманные выступления о Содружестве, — она не могла присоединиться к «крайним» активистам. В то же время за последние годы она так часто эксплуатировала расовый вопрос в своих выступлениях, что не могла и оставаться в стороне.
Она «приняла аргументы BLM о привилегиях белых и возложении на белых вины», и Гарри «разделил ее мнение о вине белого человека». Выступая в видеоинтервью, он сказал: «Британия пострадала от «структурного расизма»... белым британцам нужно лучше понимать людей, «чья кожа другого цвета». Большинство белых британцев были в очередной раз сбиты с толку: больше 40% населения Лондона составляли небелые люди, сам мэр города был пакистанцем, его главный соперник на последних выборах — выходцем с Ямайки, глава казначейства был родом из Индии, и список этот можно было продолжать еще очень долго. В свою очередь, темнокожие комментаторы критиковали Сассексов за то, что они не удосужились узнать больше о «черной Британии».
«По мере приближения Рождества, которое Сассексы должны были отпраздновать в Санта-Барбаре с Дэвидом Фостером и его женой Кэтрин Макфи, Меган все больше сближалась с Опрой Уинфри. Ее шоу стало бы идеальной платформой для того, чтобы рассказать о своем опыте борьбы с расизмом. Самая известная телезвезда Америки, стоящая миллиард долларов, Опра Уинфри позиционировала себя как ведущую культурную личность нации. У нее было 19 миллионов подписчиков в соцсетях. Тех, кто работал в ее программе, жестко контролировали пожизненные подписки о неразглашении, чтобы предотвратить публикацию каких-либо разрушительных идей. Регулярные проповеди Меган о страданиях, которые ее заставили испытывать интернет-тролли, о расизме и предрассудках естественным образом привели ее на место гостя программы Опры... Все было готово к запуску бренда Меган в Америке».