После вопроса о последних часах жизни своего мужа Аида отвернула лицо и вся превратилась в слух. Ей и больно было это слушать, и не хотелось упустить ни одной детали одновременно. И ещё женщина не желала, чтобы без меры болтливый и хвастливый сторож видел сейчас её лицо, так как она не могда контролировать его выражение. Аида замерла и слушала.
Василий, почесав затылок и припоминая, начал:
-Вот последнего, которого мы завалили - мы даже не поняли: оборотень он был, или нет... С виду - обычный мужик, здоровый только. Меня там с самого начала не было, я позже подошёл, на крик людей. За ним Герасим гнался, спросить что-то хотел. Ну а тот его, вроде как, толкнул. Герасим давай кричать, а этот - его душить. Их поначалу стали разнимать, думали: не поделили чего мужики? И этот чернявый драчун-то стал было вставать с земли. Попинали его, конечно, до этого мужики, что и говорить, чтоб отцепился он от лесника. И уже хотели было его отпускать на все четыре стороны, как он взял, и пнул в отместку Леонтия - председателева брата. И выругался как-то на него. Тут у людей словно глаза открылись: все увидели, что Герасим -то в крови, еле живой лежит, хрипит уже, пузыри кровавые изо рта пускает, а этот кучерявый ещё и пинается... Как набросились на него рассвирепевшие мужики, как начали его месить, да всем, что под руку попадётся. Убивали прям, что сказать? А он рычал, паскудник, вырывался, всем тоже досталось. И вырвался ведь, сволочь! В лес побёг! А у кого-то ружьишко с собой было. Ну и подстрелили его несколько раз. Он в овраг упал, преследовать уж его далее не стали, лесника в больницу тащить надо было. Да и до сих пор мы не знаем, оборотень он был, или нет?... Взбесил, просто, мужиков! Не пни он тогда Леонтия - живым бы оставили....
Василий вдруг стал серьёзным, задумался, и добавил:
-Но честно сказать - простые люди не такие живучие... Не смог бы обычный человек выжить после тех побоев... Мы ведь ему всё отбили... Кольями, лопатами насквозь пыряли. А он ещё в лес решил удрать. Думаю всё же, что оборотнем был.
Василий снова задумался, вспоминая тот случай. Аида тоже молчала. Ей очень хотелось убить сейчас этого сторожа, пусть он и не самый активный участник тех событий, и рассказывает, возможно, всё в чьих-то слов, чтоб похвастаться. Ей просто захотелось хоть кого-нибудь убить сейчас, отомстив за мужа, но она понимала, что не всё выпытала у этого болтливого хвастуна, а продолжать пытать его дальше - это значит навлечь на себя подозрения. Аида посмотрела на него и подумала: если она продолжит этот разговор и постарается всё же узнать имена всех тех, кто участвовал в этом - ей придётся именно сегодня расправиться со сторожем, пока он не заподозрил её ни в чём и не растрепал никому, что она этим живо интересовалась. Но убить его именно сегодня, без свидетелей, да так, чтобы не навлечь на себя подозрения - было делом трудным, ведь у неё не было продуманного плана. И Аида никак не могла для себя решить: оставить курочку, несущую золотые яйца, до лучших времён, или продолжить пытать, раз уж он так разговорчив. Она понадеялась на удачу и продолжила:
-Ой, какие страсти у вас тут творятся! Мне даже страшно теперь будет на улицу выходить! Надеюсь, меня эти ваши вурдалаки не тронут...
Василий расплылся в довольной улыбке:
-Не бойтесь, Спиридоновна, мы вас в обиду не дадим! Я лично повешу на кол любого, кто тронет!
-Ух, Василий, какие страсти ты говоришь! - содрогнулась, словно от мурашек, улыбаясь, учительница английского и улыбнулась, глядя ему прямо в глаза. "Ну что же, ты сам выбрал себе смерть..." - подумала она.
-Какие смелые у вас в округе мужчины! - восхищалась Спиридоновна, - Герасим, Пахом, Кузьма, Леонтий!... Прямо приятно осознавать, что вокруг живут такие герои. Кто ещё, Василий? Кто ещё спасал Герасима от того бандита? Мне просто радостно знать, что меня есть кому защитить!
Василий наморщил лоб, пытаясь вспомнить всех участников тех событий.
-Гурьян, брат Демьяна-гармониста... Илья-тракторист, что на выселках живёт... Федька был, у которого в том году бычка украли... Лукьян Тишин, но тот больше смотрел, старый он уже... Ну и Леонтий, председателев брат. Он там больше всех кулаками махал. Ему вообще - лишь бы подраться. Вот и всё, вроде... Ну, бабы ещё были, но те больше визжали...
Аида Спиридоновна загадочно улыбнулась и сказала:
-Молодцы! Герои! До свиданья, Василий! Счастливо отдежурить!
Ночью Василий пропал. Утром школы была открыта, сторожа в ней не было. Его нашли только к вечеру следующего дня, в лесу, на колу, с вырванным с корнем языком. Левый глаз его был заплывший от гематомы, и казалось, что он, вися на колу, смеётся и подмигивает...
