Бестселлеровый рОман Адъютант его Превосходительства о разведчике Павле Кольцове чрезвычайно благодатная тема, которую насосал авторский коллектив Болгарин-Северский-Смирнов из книжки Павла Васильевича Макарова "Адъютант генерала Май-Маевского", не теряет своей актуальности, и по сей день.
«Адъютант его Превосходительства. Двойной агент»
Выездная экспедиция киностудии «Агибуба Фильм Партизан»
Свердловская область. Деревня Впеньдюрьевка.
Съёмка фильма с рабочим названием «Адъютант его Превосходительства. Двойной агент» 24-я серия.
Перед дверью в распиленную напополам крестьянскую избу, стоит очередь из актёров соискателей на роли. Где-то в глубине подполья раздаются рыдания и дикие крики, все понимают — идут пробы.
Студенты стоят у окна под вывеской «Курилка» и тихо переговариваются.
Девочки о больших писюнах. Парни о своём насущном — простатите и о камнях в почках.
— У меня тоже шёл камень, это ребята жопа! Поднимаюсь это я к себе на восьмой этаж, лифт шестой день обоссан и вдруг пронзает такая дикая боль, что реально теряю сознание. Меня находит знакомая бабулька, дай Бог ей столько же ещё прожить и вызывает скорую. Меня в бессознанке везут в нашу городскую больницу, что в Зелёной роще. Ну, там градусник в жопу и на койку, когда очнулся, ничего не понял. Состояние, такое как умереть и воскреснуть!
— Офигеть!..
— А я вырвал все зубы, вставил фарфор. Улыбка как у Нагиева.
— А вы Виагру пробовали? Фигня, писюн тяжёлый как к колену привязанный, сердцебиение, голова как после похмелья. Дорогое любопытство. И дорого зараза стоит. Лучше бы хлеба купил.
К дискутирующим парням развязно подошла девушка, обряженная под проститутку. И вульгарно имитируя голосом употребляемой особы, как любил говаривать Антон Палыч, спросила, растягивая слова.
— Маальчики, а что разве нельзя воткнуть как-то традициоонно?
— Раком? Ну, отчего же можно, но не со всеми, есть клинические случаи. Некоторым не получается выполнить простой pordebras. Но присунуть есть, кому… слышите, сюда идут.
— Да нет, это...
Вдруг дверь распахивается и из сизой глубины коридора два дюжих монаха выносят носилки. Под окровавленной простынёй лежит что-то бесформенное.
— Электрик упал с лестницы, зашибся малость, — объясняют монахи, не показывая лиц из-под капюшонов.
— Ни чё себе упал, как в колбасу порубили, — говорит кто-то.
Монахи, стыдливо скрывая под капюшонами лица, уходят, оставляя за собой длинные кровавые следы от обуви.
Из-за дальнего угла декорации, где находилась курилка, негромкий голос спросил.
— Кого это унесли?
— Да мэра нашего приходил просить роль Осадчего…
— А что случилось?
— Да он режиссёру, стал говорить какой он актёр и протягивает ладонь ребром со словами «Смотрите!».
— И что дальше?
— А что, тут Тимка, находясь под парами, рубанул по руке и давай кромсать… наркоман несчастный!
Студенты насторожились, но сочли это за шутку.
— Новичков пугают, — сказал кто-то из них.
Изба, накурено. За столом сидят бандиты, гримёры Е. Колчина и Л. Вострецова делают на свирепых небритых лицах свои последние поправки.
К камере подходит мелкая цыпа - златокудрая цыганка Маруся и басовитым голосом пищит, щёлкая хлопушкой.
— Дубль 22 сцена «Батька Ангел — актёр М. Кирсанов ведёт допрос командира Красной армии Емельянова — актёр А. Лямзин». Серия 24 «Двойной агент».
Режиссёр - Ю. Самодуров, с довольной физиономией попивая кофе, делает знак оператору.
— Мотор, камера. Начали!..
«Адъютант его Превосходительства. Двойной агент»,
Батька Ангел ковыряя в носу мизинцем, обращается к Емельянову.
— Слышь-ка, краснопёрый, а ты куды шёл? Мы бы послухали, а. Ну, чаво ты молчишь? Тимка смотри и этот молчит. Ну, тогда ребяты, давай его на двор... там поговорим... хе...
— А может он слова забыл, — доносится из динамика голос звукорежиссёра.
— А тебя сучонка кто спрашивает, четы, губами шлепаешь, когда кино снимается, — срывается Батька Ангел, поднимая налитые кровью глаза к потолку. Где где-то там, в вырезанном в потолке окне засел звукорежиссёр.
— Позвольте, Михаил Юрьевич, — начал, было, пузырится тот.
— Не позволю, ты у меня сейчас вместо яго тут лежать будешь. Рот закрой, а то саблей рубану — печень вывалится и своей турецкой цепью тут не бликуй — пижон!
— Да пошёл ты! — слышится в ответ.
Михаил Юрьевич вдохнув носом порцию кокаина, трясущейся рукой положил на стол именной маузер от товарища Фрунзе и, поднявшись по лестнице к чердачному люку, попытался открыть его, но оторвал ручку.
— Слышь ты фраер обдолбанный огурцами, если ты сейчас не вылезешь из своей собачей будки, я достану тебя ещё при твоей жизни и ночной горшок в жопу засуну. Но прежде сорву с неё пломбу, чтоб ты бегал за мной с ведром вазелина и упрашивал присунуть тебе перед завтраком.
И переходя на полушёпот, чтобы не слышали остальные, воткнул ему под самые рёбра.
— Если узнаю, что ты к нашей Марусе шары катаешь, я у тебя кота сраного яйца оторву и мышам скормлю.
После этих слов Михаил Юрьевич забегает в комнату и пытается подтянуться на руках к окну в потолке, но получает удар ногой в голову и падает на пол.
— Да что вы мне тут из себя бандюгана выстраиваете, — крикнул звукорежиссёр, свесившись из окна, чтобы все слышали. — Думаете, у вас на Уралмаше всё схвачено. Да вы посмотрите на себя, осталось только колпак клоуна надеть и прыгать по студиям с маузером — возьмите меня играть Петрушку. Да у вас кроме будильника на кухне ничего в жизни не было.
— А вот это видел, — Батька Ангел поднимает рукав рубахи, обнажая на руке часы от «Cartier Rasha». — Сидишь тут просираешь наш бюджет, гнида звукорежиссёрская!
У звукооператора от вида золотых часов округляются глаза, и наступает мёртвая тишина.
— Ну что там успокоились или ОМОН вызывать, — раздражённо говорит режиссёр. Он поворачивается и спрашивает. — Маруся, где хлопушка.
— Она в магазин ушла за сардельками, — говорит кто-то из группы.
— Ничего, по тексту отрежем, — вставляет монтажёр.
— Миша давай в кадр, — машет рукой режиссёр.
Батька Ангел поднимается на ноги и занимает свой место в картинке.
— Ну, сучоныш, я тебя на Ирбитском заводе достану на реконструкции...
Режиссёр ехидно улыбается, у него со звукорежиссёром старые счёты.
— Все готовы. Мотор, камера. Начали!
Пленный комиссар Сиротин раненый в ноги — актёр А. Хабиров захваченный ранее прощается с красным командиром и того уводят во двор типа на расстрел. Там Батька Ангел достаёт маузер и целится в Емельянова.
...
Продолжение следует... в третьей части