Найти в Дзене

Контент, пугавший меня в детстве, ч.3.

Сегодня мы будем рассматривать спутников и лучших друзей всех детей на постсоветском пространстве. Как вы догадались ,я говорю о книгах. Я была ребенком читающим, что называется, взахлеб. В сочетании с моей впечатлительностью мой интерес к чтению давал порой неожиданные плоды. 1. Три толстяка Моя личная боль заключается в том, что я до сих пор не нашла идеальных иллюстраций к этой книге. Восхитительный Владимирский, как всегда ,на высоте, и я обожаю его работы. Но его герои всегда получаются милыми. Даже Толстяки у него не страшные. А книга-то жуткая! Во всяком случае, так было в моем детстве. Она пугала и завораживала одновременно. Ужасало в ней все. Кукла, похожая на девочку ,которая еще и взрослеет. То, что эту куклу безжалостно искололи саблями на глазах у любящего ее мальчика. "Она умерла! Какое горе! она умерла!"(с) Тема казней, идущая через всю книгу. Какая-то зверская жестокость ,пробивающаяся сквозь гротескный, театральный мир книги. Жестоки были все - и Толстяки со сво

Сегодня мы будем рассматривать спутников и лучших друзей всех детей на постсоветском пространстве. Как вы догадались ,я говорю о книгах.

Я была ребенком читающим, что называется, взахлеб. В сочетании с моей впечатлительностью мой интерес к чтению давал порой неожиданные плоды.

1. Три толстяка

Моя личная боль заключается в том, что я до сих пор не нашла идеальных иллюстраций к этой книге. Восхитительный Владимирский, как всегда ,на высоте, и я обожаю его работы. Но его герои всегда получаются милыми. Даже Толстяки у него не страшные.

А книга-то жуткая! Во всяком случае, так было в моем детстве. Она пугала и завораживала одновременно. Ужасало в ней все. Кукла, похожая на девочку ,которая еще и взрослеет. То, что эту куклу безжалостно искололи саблями на глазах у любящего ее мальчика. "Она умерла! Какое горе! она умерла!"(с) Тема казней, идущая через всю книгу. Какая-то зверская жестокость ,пробивающаяся сквозь гротескный, театральный мир книги. Жестоки были все - и Толстяки со своими приспешниками, и революционеры. Словом, пугающих вещей там было много. Но самым страшным оказалось путешествие героини по ночному зоопарку. Когда она в темноте кралась мимо клеток с животными и в одной из них вдруг увидела чудовище, которое еще и заговорило с ней, назвав по имени. А потом внезапно умерло. Кстати, это создание стыдливо обходили вниманием во всех экранизациях. Только в кукольном мультфильме "Разлученные" (тоже та еще хтонь) о нем напомнили. Сама история чудовища только привнесла жути, печали и загадки.

2. Голубятня на желтой поляне

К творчеству Владислава Петровича Крапивина у меня очень трепетное отношение. Я и многие мои подруги на нем выросли. У этого писателя, по моему мнению, просто нет неинтересных книг.

Трилогия о голубятне произвела на меня просто сногсшибательное впечатление! Там были абсолютно все эмоции, которые можно было бы испытать (ладно, кроме влюбленности). И среди этих эмоций нашлось место и для страха.

Бояться было чего! Владислав Петрович будто предвосхитил классические образы из страшных фильмов и описал их так художественно, что от этого еще страшней.

Несколько миров, похожих друг на друга, и в то же время очень разных. И во всех творится что-то странное. Манекены в витринах будто подсматривают за героями и исподтишка творят мелкие (а потом и крупные) беды. Мальчишки-ветерки гоняют по пустеющей планете, когда их родственники уже давно мертвы. Поезда проходят через станцию Мост, которую никто не видел. За личиной благообразного старичка скрывается жестокий убийца детей ("Я был в рядах атакующих, назад не смотрел"). Каждые несколько лет случается нашествие - массовое бедствие. И даже клоун на мирном празднике оказывается чудовищем. И все эти события незримо связаны, и никто не может понять их логику, но все чувствуют, что люди столкнулись с чудовищной угрозой. Чужая цивилизация, враждебная всем. Цивилизация паразитов, возомнивших себя высшими существами...

Разумеется, восхитительные, идеально подходящие по атмосфере иллюстрации Евгении Стерлиговой подстегивали мой страх и разжигали любопытство.

Крабат, или Легенды старой мельницы

Ну что же, вот мы и добрались до действительно жуткой истории. На ночь не рекомендуется читать даже взрослым, а уж о детях молчу. Однако ,если вы любите жутики на основе фольклора - вам сюда!

Перечитывая книгу сегодня, я, конечно, понимаю, что продать душу злу за вкусную еду и магические навыки - это метафора. Книга не только жуткая, но и очень умная.

-3