Впервые Михаила Сергеевича я увидел в Кремле, в мае 1989-го, на первом съезде народных депутатов СССР.
Моя аккредитация не позволяла мне войти в зал Кремлевского дворца съездов (ныне - Государственный Кремлевский дворец), но знакомый депутат из Читы - а я приехал работать в Москву из Забайкалья - Анатолий Павлович Орехов провел меня в зал и я дошёл по проходу почти до самого президиума.
Горбачёв был бодрый, розовый, и, как мне показалось, спешно дожевывал бутерброд,
Во время съездов он довольно часто выходил к журналистам, которые работали в кулуарах, делал важные заявления. Их содержание я не помню. Единственное, что осталось с памяти - иногда после того, как Михаил Сергеевич уходил, мы собирались кружком и «оттачивали горбачевские формулировки». Потому что президент порой выражался так, что трудно было врубиться - что он конкретно имел ввиду? Если бы мы передавали его изречения каждый по отдельности - их смысл мог бы быть, мягко говоря, ну очень разным. И он... тогда бы - в разных СМИ - противоречил бы сам себе.
Иногда Горбачев сам мне звонил - было это лет 5 - 7 назад. «Алло! Александр! Это - Горбачёв, которого на том свете давно с фонарями ищут». Правда, было это всего раза три.
При жизни Михаила Сергеевича несколько раз «хоронили»: типа, он умер. Этим особо отличались иностранные журналисты. Иногда Горби сам лично и давал опровержения на эти фейки.
Был как-то случай: звонит в «Горбачёв-Фонд» - помощнику Михаила Сергеевича Карену Карагезьяеу - японский журналист: а правда, что Горбачев скончался? Ну, Карен и передал трубку шефу, тот сам и ответил - что-то по-японски.
А однажды Михаил Сергеевич мне позвонил и... заговорил матом. А дело было так. Я опубликовал интервью с Павлом Бородиным, управляющим делами Президента России, который мне рассказал - как они с федеральным канцлером ФРГ Гельмутом Колем где-то в Бонне или Берлине мылись в бане и тот «признался»: дескать, мы предлагали Горбачеву гигантскую сумму денег - за вывод войск из Германии - а он не взял!
В день публикации - звонок: «Это Гамов? С вами сейчас будет говорить Михаил Сергеевич...»
Первое, что я услышал: «Я, ***, по всему миру летаю - деньги зарабатываю на «Горбачёв - Фонд», а ты такую фигню (слово, конечно, было другое - солёное!) - пишешь».
Я не нашёл ничего лучшего, как тут же рассказать об этом в «Комсомолке». А фразу Михаила Сергеевича с «***» вынесли даже в заголовок. Не каждый же день Горбачёв звонить к нам в редакцию! Да ещё - матом покрывает!
После этого экс-президент СССР и подал в суд три иска - на Бородина, «Комсомольскую Правду» и журналиста Гамова.
И - да, я ходил с нашими адвокатами в суд, нам присудили - дать опровержение. Ну, мы и дали. Под заголовком: «Уточнение».
Горбачёв нам все простил. И даже, похоже, забыл вообще про это. Потому что в последние годы дал мне несколько интервью...