- Любая умная женщина повела бы себя по-другому, - рассказывает Инга, - но меня мама еще с детства называла некультяпистой.
А еще она говорила, что у меня все не как у людей. И что моя мягкотелость меня погубит. И, в принципе, она была права. Я действительно вечно всего стеснялась, мне постоянно было перед кем-то неловко или неудобно.
… А начиналось всё просто прекрасно. Мы встречались с Толей почти полгода. И наши отношения уже перешли в ту стадию, когда я оставалась у него в квартире на 2-3 дня в неделю. Я уже успела расставить баночки и пузырёчки в его ванной, и у меня были даже свои полочки в его шкафу.
Но самое главное, у меня был ключ от его дома. А для меня это было знаком полного доверия. И знаком того, что еще немножко, и мы узаконим наши отношения. Толя, кстати, намекал на это. В общем, я спокойно ждала светлого будущего. И в мыслях называла Толю своим мужем. Это было очень приятно! Я была уверена, что всё так и будет.
И вот как-то раз он мне сказал, что друг попросил его пустить пожить на недельку свою двоюродную сестру с сыном из другого города. Дескать, хотят Москву посмотреть. У друга жена, теща, дети. А Толя один в двух комнатах. И обещал, что Людмила (так звали сестру), сделает ему за это генеральную уборку.
Анатолий спросил у меня разрешения, и, конечно, я сказала да. Ничего такого страшного в этой просьбе я не увидела.
Другу было слегка за пятьдесят, и его сестра представлялась мне такой полноватой провинциальной теткой, хозяйственной хлопотушкой, с борщом и жареной картошкой. Эх…где были мои мозги?
И вот настал тот день, когда они приехали. А еще через пару дней я, как обычно, поехала к Толе на выходные. И обомлела. Людмила оказалась стройной молодой дамой, моей ровесницей. Такая платиновая блондиночка с длинными красными ноготками и большой грудью.
В разводе, между прочим. Про это друг почему-то не упомянул.
Она по-хозяйски расхаживала по квартире моего любимого в коротком халатике с глубоким декольте. И я видела, как на этот вырез постоянно натыкался Толин взгляд.
Я возненавидела ее с первой минуты. Про себя я тут же назвала ее жабкой. Но понимала, что внешне я ей сильно проигрываю. А еще она в ванной сдвинула мои пузырьки, и наставила гору своей косметики. Дорогущей, между прочим. Этим она меня просто добила.
После ужина я ушла в комнату и позвала Толю смотреть телевизор, он сказал «сейчас», но не пришел. Я ждала минут двадцать. А выйдя на кухню, увидела, что он мило воркует с этой жабкой. Что-то ей там рассказывает, а она заливисто смеётся. И сидит такая, нога на ногу. Уверенная. Красивая.
Я попробовала присоединиться к разговору, но сразу почувствовала себя лишней. Они говорили только друг с другом. А меня как бы и не было.
Конечно, я ревновала. Ещё как. Вечером, закрыв дверь в спальню, я устроила Толе скандал. Орала шёпотом, чтоб не услышала жабка. Я и не знала, что так умею. Он, конечно, оправдывался. Мол, что тут такого, он просто старается быть гостеприимным. Я, разозлившись, пыталась ему донести свою точку зрения. Что его нагло совращают.
А он объяснял, что не может ее выгнать, не хочет ссориться с другом. И что у меня абсолютно нет повода для ревности, он любит только меня. И потом, как он всё это объяснит другу?! Что выгнал его сестру из-за моей глупой ревности? Детский сад какой-то!
В итоге мы как-то договорились, и просили друг у друга прощения. Он обещал сократить с Людмилой контакты, и я успокоилась.
Как оказалось позже, зря.
Выяснилось, что красоты города даму не очень интересовали, и все выходные она со своим шестилетним сыном провела дома. Людмила все время торчала на кухне, и как только мой любимый туда заходил, кидалась к нему вопросами. А еще угостила его супчиком. Мне тоже предложила. Понятно, что я отказалась. Мой милый ел и нахваливал супчик, а мне, больше всего на свете, хотелось вылить его ей на голову.
Да, забыла сказать. Утром она выпорхнула из своей комнаты в абсолютно прозрачной ночнушке, которая тоже была по это самое место. И уселась пить с нами кофе. Я увидела, что она была почти без белья. Ну то есть внизу оно было, а вверху – нет. Это вообще как? Наглость второе счастье? Мне захотелось тут же выставить ее вон. Просто схватить за блондинистый хвост и вытолкать взашей.
Я еле сдерживалась. Вот просто реально руки тряслись от ненависти. Но вспомнила Толины уверения в любви. И про то, что любимым нужно доверять. И про то, что жабка скоро уедет, а мы с Толей станем мужем и женой.
А еще про то, что я воспитанный человек. И нужно держать лицо. А не превращаться в скандальную бабу. Поэтому я лишь сидела и вежливо поддерживала разговор.
Оставалось еще четыре дня. И надо было как-то их прожить. Самое ужасное было в том, что в понедельник я уезжала в трехдневную командировку, которую ну никак уже не могла отменить.
Из командировки я по вечерам звонила Толику. Но он как-то быстро сворачивал разговор. Я просто сходила с ума, представляя, что сейчас творится в его квартире. Моя фантазия разыгралась не на шутку.
А потом я вернулась. И, наплевав на работу, полетела к любимому. Открыла дверь своим ключом. Навстречу мне тут же выбежала Людмила.
А дальше – как страшный сон. Она сказала мне, что они с Толей вчера подали заявление в ЗАГС. Попросила у меня ключи, и выставила мне сумку с моими вещами.
Я пыталась звонить Толе, выяснить, что происходит, как-то разобраться.
Но Толя на мои телефонные звонки больше не отвечал.
Вот скажите мне. Это чисто женское коварство? Или действительно мужчинам нельзя доверять? Или я сама виновата?
Надо ли быть вежливой в таких ситуациях? Или плюнуть на всё и защищать свои права?
До сих пор не могу разобраться…
#психология #семейные отношения #женская психология #отношения #психология отношений #женские истории