Изучение опыта локальных войн и вооруженных конфликтов последних двух десятилетий позволило военным аналитикам сделать вывод, что формы и способы ведения боевых действий в этот период были весьма разнообразны, и эта особенность сохранится и в первой половине XXI века.
При этом, как считают эксперты, главная особенность будущего вооруженного столкновения, его ход и исход в целом будет определяться, прежде всего, противоборством в воздушно-космической сфере и информационном пространстве.
В свою очередь, ряд военных специалистов придерживается схожей точки зрения, но вместе с тем полагает, что завоевание господства в воздухе и массированное применение высокоточного оружия, хотя и сохранят решающее воздействие на исход вооруженной борьбы, но полностью не исключат необходимость проведения наземных операций силами сухопутных войск. Чрезмерная зависимость от поддержки с воздуха является фактором, ограничивающим боевое применение вооруженных сил.
Основная тяжесть ведения боевых действий (захват и удержание территорий противника) ложится на подразделения сухопутных войск. При этом зачастую основные задачи решаются не только в ходе столкновения сухопутных группировок и передовых частей, а путем огневого поражения с предельных дальностей. Поэтому сегодня мы и наблюдаем активное применение современного высокоточного оружия, а также других комплексов вооружений необходимых уже для проведения сухопутных операций и непосредственно боя.
Таким образом, очевидно, что все участники украинского конфликта, в т.ч. и косвенные, используют его в своих целях. Так, страны «коллективного Запада», поставляя свое оружие в Украину, даже не скрывают, что считают ее испытательным полигоном. Этого не скрывает и министр обороны Украины Алексей Резников, о чем он открыто заявил перед американским аналитическим центром «Атлантический совет».
«Я часто говорю, что сейчас Украина – это, по сути, испытательный полигон. Многие виды оружия сейчас испытываются в реальных боевых условиях», – заявил Резников.
При этом он добавил, что украинские военные делятся всей информацией и опытом с западными партнёрами. «Мы заинтересованы в том, чтобы испытать современное оружие на Украине. Предлагаем присылать вам свою новую продукцию, и мы ее испытаем», — подчеркнул Резников.
К сожалению, кое в чем украинский министр прав. Именно в ходе реальных боевых действий можно по-настоящему «обкатать» новые образцы вооружения и техники, именно в этих условиях проявляются недостатки и недоработки, которые ни на каких других испытаниях не обнаружить.
Правительство Беларуси также тщательно следит за боевыми действиями на Украине. Руководству белорусского военпрома глава государства соответствующую установку дал еще в мае текущего года на совещании, где рассматривался вопрос гособоронзаказа на 2022 год. Тогда Александр Лукашенко указал на необходимость корректировки подходов к обеспечению белорусских вооруженных сил современными и эффективными образцами вооружений и военной техники. В частности, было определено, что при выборе необходимого вооружения среди образцов производства приоритет отдавать тем, которые хорошо зарекомендовали себя в ходе спецоперации на Украине.
Поэтому, вследствие принятых решений, к уже «отобранным» ранее зенитно-ракетным системам, оперативно-тактическим ракетным комплексам и самолетам, добавились еще и ударный вертолет Ка-52 «Аллигатор» и тяжелая огнеметная система ТОС-1А «Солнцепек».
Сообщается, что в настоящее время решается вопрос о приобретении для ВС Беларуси боевой машины поддержки танков (БМПТ) «Терминатор». Вернее даже не о приобретении, а о разработке белорусско-российской аналогичной машины.
Таким образом, белорусская «оборонка» вскоре получит реальную возможность наладить собственное производство очередных образцов современного вооружения. Есть в Беларуси и «140-й ремонтный завод», и танки Т-72, на базе которых можно создать новую боевую машину поддержки танков, и соответствующие специалисты, а главное – сильнейшая мотивация.
Спасибо, что дочитали до конца!!! Подписывайтесь на наш Телеграм!
Владимир Вуячич