Наводнения сопровождали Петербург на протяжении всей его истории. Впервые стихия дала горожанам о себе знать в августе 1703 года, спустя три месяца со дня основания будущей столицы. «Такую воду нагнало, какой, сказывают, не бывало. У меня в хоромах было сверху пола 21 дюйм, а по городу и на другой стороне по улице свободно ездили на лодках», – рассказывал Петр I в письме Александру Меншикову. С петербургскими наводнениями связано множество интересных историей.
Утонувшая узница
Сочетание трех семерок принято считать счастливым, приносящим удачу. Однако Санкт-Петербургу в 1777 году, напротив, катастрофически не повезло: город пострадал от сильнейшего наводнения. Погибли сотни людей, было разрушено множество построек. Стихия ударила даже по недостроенной гранитной набережной, казавшейся многим неприступным монолитом.
«Порыв ветра разбудил меня в пять часов. Я позвонила, и мне доложили, что вода у моего крыльца и готова залить его. <…> Желая узнать поближе в чем дело, я пошла в Эрмитаж. Нева представляла зрелище разрушения Иерусалима. По набережной, которая еще не окончена, громоздились трехмачтовые купеческие корабли», — так описывала наводнение Екатерина II.
Впрочем, наводнение оказалось способным не только разрушать, но и порождать. К примеру, многочисленные слухи. В результате событий 1777 года появилась легенда о том, что в заключении погибла знаменитая княжна Тараканова, выдавшая себя за дочь императрицы Елизаветы Петровны. Никому не было дела до узницы, томившейся в застенках острога, и она захлебнулась в своей камере, не имея возможности выбраться.
На самом деле все обстояло иначе. Обреченная красавица, к оборкам платья которой подбирается ледяная вода, — всего лишь миф, который обрел очертания на картине Константина Флавицкого. В реальности же княжна Тараканова скончалась от туберкулеза двумя годами ранее.
Летний сад
Летний сад таким, каким его задумал Петр I, видели только младшие современники императора. Парк, расположенный непосредственно на берегу реки, серьезно пострадал в том же «счастливом» 1777 году. В результате катаклизма были разрушены диковинные фонтаны, уничтожен павильон «Грот».
«В опасный путь средь бурных вод…»
Еще одно наводнение, практически не уступавшее предшественникам, заставило петербуржцев трепетать перед силами стихии в 1824 году. Эти события знакомы всем с младых ногтей — именно их описал Александр Пушкин в «Медном всаднике». Литератор упоминал в поэме о генералах, пустившихся спасать «страхом обуялый» народ. Подобное событие произошло в действительности: забыв о чинах и званиях, Александр Бенкендорф и Михаил Милорадович бросились на помощь пострадавшим.