В одной из не опубликованых заметок я написала:
«Но греет душу мою одно событие. Перед отъездом я собираюсь оставить свекрови "подарок", вернее подложить свинью. В моменты отчаяния только эта мысль мне давала силы жить. Но был момент, когда я не знала, что вообще могу сделать. Ведь у меня ничего нет… Ничего кроме правды".
В арабском обществе очень трепетно относятся к репутации семьи. Внутри семьи может происходить что угодно, но это должно оставаться строго за стенами дома. Здесь очень важно, что подумают родственники, что скажут соседи, как отнесутся знакомые. В общем, очень дорожат моральным обликом семьи, и все нелицеприятные моменты скрывают, а на вопросы всегда отвечают: «слава Аллаху, все хорошо".
Мой план заключался в том, чтобы предать огласке все произошедшие со мной (и не только) события. От мужа узнала, что свекровь рассказывает всем, что относится ко мне как к дочери. И кто знает, что там еще она рассказывает. И я решила за день до отъезда оставить письма в мечети, которая находится в нескольких метрах от нашего дома. Но был один момент, который меня пугал: нам предстояло 3 дня жить в Адене, и был риск, что письма найдутся раньше и слухи пойдут до того как я покину Йемен. Если бы вылет состоялся из Сана'а , не задумываясь сделала бы так, более того была бы рада скорому обнаружению. Но тут я рисковала дочерью, мало ли что взбредет в голову разгневанного мужа. Ведь я покушаюсь на святое – мать его.
Но я все равно хотела рискнуть. Женщины редко ходили в эту мечеть, а значит и письма скорее всего обнаружатся через несколько дней. Но все пошло не так...
Помимо этого у меня был другой план – повесить плакат на заборе мужчины, который убивает щенков :
«Мужчина, живущий в этом доме, убивает щенков!
Берет по одному к себе во двор и убивает. Я видела его рано утром, когда пришла кормить щенков. На улице никого не было, время было около 6.30 утра. Я специально пришла рано, чтоб меня никто не видел. Он открыл калитку и хотел выйти, но остановился, увидев меня. Я сделала вид, что не заметила его. Он продолжал стоять и наблюдать через приоткрытую калитку. Вскоре я ушла и снова пришла через 1-2 часа. Не было одного щенка. В последующие дни пропадали по одному и другие щенки. Только тогда я поняла, что происходит, и вспомнила об этом мужчине. Нет никаких сомнений, что это он. И это не первый случай. В этом дворе всегда пропадают щенки. Они были слишком малы, чтоб убежать куда-то. После этого случая родились другие щенки и они тоже исчезли ».
_____________________
Так же как и с первым письмом с переводом мне помогли чужие люди. Совершенно бесплатно. За что я им очень благодарна. Но, муж нашел мой плакат. Я еще надеялась на его поддержку и рассказала для чего мне это ( эх, ничему меня жизнь не учит). Он, конечно, был против. Просил, чтоб я не создавала проблемам его семье – вдруг этот мужчина что-то им сделает. Мы снова поругались. Это было как раз за день до отъезда, когда в тот вечер я собиралась оставить письма в мечети. Муж начал постоянно за мной шпионить, думал, что я что-то сделаю тому мужчине. Я тоже нервничала из-за срывающихся планов и выглядела как человек, явно что-то помышляющий. В общем, я поглядывала на него, чтоб незаметно смыться в мечеть. Он – на меня и спрашивал, куда я собираюсь идти. И напоминал, чтоб я ничего не вытворяла. В итоге я психанула и пошла гулять на улицу без писем. Думала, что муж может проследить за мной и найдёт эти письма еще раньше, и тогда точно мне конец.
Бродя по улицам, вышла во двор, где живет тот мужчина. В душе моей были боль, отчаяние, безысходность. Ничего я не смогла сделать! В этот момент ко мне навстречу выбежала собака, которую я всего лишь пару раз покормила (все ее щенки бесследно исчезли в один день, им было несколько дней от роду). А потом и другие. Какая же у них хорошая память, они узнают меня из множества таких же в черных одеждах, которые проходят через эту улицу. Но, к сожалению, я не смогла им помочь. Я одна не могу изменить это общество. Заметила, что щенки другой собаки тоже пропали.
У меня с собой ничего не было. Быстренько пошла домой и принесла им еды. Больше я их никогда не увижу. Тот мужчина будет продолжать убивать щенков и, полагаю, собак тоже. Дети будут яростно кидать камни, пинать и бить палками. Я не увижу этого ужаса, но этот ужас останется.
На следующее утро, т.е уже перед самым отъездом, я все металась со своими письмами. Сказала мужу, что хочу в мечеть помолиться перед дорогой. Он «порадовал» меня, сказав, что мечеть ( женская половина) закрыта. Не знаю, было ли это правдой, но если бы я пошла, то точно бы вызвала подозрение ( ранее ни разу не ходившая в эту мечеть, вдруг проявляю такую настойчивость). Вышла на крышу, внизу двор соседки – можно туда кинуть одно письмо... Но я совершенно не знаю ее, вдруг она подружка моей свекрови и побежит доложить ей? Муж вышел встречать такси. Убедившись, что он далеко, я тоже вышла во двор. У меня было уже два письма: одно мое личное, напечатанное. И второе, которое должно было стать плакатом. Его я написала ночью от руки. И решила положить эти письма к соседке, с которой была знакома. Положила на крышку бака с водой, а сверху закрепила камнем, чтоб не улетели, и быстро вернулась домой.
С тех пор прошло уже несколько месяцев. Судя по тому, что муж со мной разговаривает доброжелательно, то ли письмо по какой-то причине было не обнаружено, то ли соседка свято хранит мои тайны. Не знаю, что и думать…