"Джейн, подайте воду и полотенце!" - велела леди Маргарет, мысленно посылая на голову ленивой Джейн все возможные проклятия. Внешне она оставалась холодной, словно фаянс умывального тазика, и корректной, как расписание пригородных поездов. Как и положено истинной леди, она правила домом железной рукой, вызывая трепет детей и слуг.
Ее муж, возглавлявший правление преуспевающей железнодорожной компании, страшился гнева своей второй половины как огня, а горничные, кухарка и прочая прислуга старались не попадаться под горячую руку.
Вот и сейчас леди Маргарет была не в духе - вода в кувшине для умывания оказалась невыносимо холодной, а полотенца пахли чем-то вроде нутряного жира.
Значит, прачки опять поскупились, выбрав самое дешевое мыло, а экономка смотрит на их художества сквозь пальцы. Уж и задаст она им всем жару! А пока пять минут энергичных растираний с помощью влажного полотенца, финальное ополаскивание - и утренний туалет благородной дамы готов.
Главное - хорошенько вымыть лицо, шею и руки, а прочие части тела, которые не принято называть в приличном обществе, подождут еще пару недель до очередного принятия ванны.
Купаться чаще - это приемлемо лишь для детей, которые так и норовят испачкаться, словно они не отпрыски благородного семейства, а уличные сорванцы. Или для ее супруга, который остается большим ребенком, несмотря на бас и внушительные бакенбарды.
Правда, мужчины предпочитают душ или холодные ванны, а вот для купания детей воду приходится подогревать и следить, чтобы в детской не было сквозняков, которые уложили в могилу не одно почтенное семейство.
Так следили за своей гигиеной благородные дамы, современницы королевы Виктории, привычки которых повергли бы в шок не только современных фанаток ЗОЖ, но и любую продавщицу.
Как и все викторианцы, леди Маргарет смертельно боялась простуд и старалась уберечь от них свое многочисленное семейство - от многоуважаемого супруга, который давно тяготился строгим надзором женушки, до престарелой рассеянной тетушки. Сама же она, несмотря на занятость, строго следила за своим внешним видом.
Ее воротнички, не говоря о скрытых от глаз посторонних сорочках и другом нижнем белье, были чистыми как снег, руки - белоснежными, густые волосы - в идеальном порядке. Только сама леди Маргарет и ее горничная знали, каких трудов стоили повседневные заботы о великолепных кудрях. На то, чтобы расчесывать эти роскошные волосы дважды в день, требовалось не меньше получаса.
Зато они становились чистыми и блестящими, даром что леди Маргарет мыла волосы не чаще раза в месяц! Как и все ее современницы, от аристократки до служанки, она считала, что более частое мытье волос вызывает мигрени.
И только старший сын, который вдруг стал слушать лекции по естественным наукам и даже читал журнал "Ланцет", посмеивался над привычками мамы, называя их предрассудками.
Он критиковал и обычай добавлять в воду для мытья рук карболовую кислоту, объявив, что его осудил сам сэр Чарльз Дарвин. Но мама была непреклонна и твердила, что человек, разделяющий взгляды безбожника Дарвина, должен придержать язык или удалиться из благородного дома, где нет места нечестивцам, не соблюдающим элементарных приличий.